Выяснение, почему это я нуждалась в наказании столь же сильно, сколь заслужила, заняло у меня большую часть езды на лифте вниз. В заслуженности же наказания сомнений не было. Яма в желудке и отвращение к себе в сердце сказали мне, что я поступила неправильно. Я провинилась перед собой. И что ещё хуже, я провинилась перед ней. Моим голосом во тьме.
И вместе с тем, даже если она простила, я никогда не смогла бы принять её прощение, пока она не наказала бы меня за содеянное. Я не могла двигаться, в то время как мой хвост дёргался. Я нуждалась в том, чтобы что-нибудь упало мне на голову, или я всегда бы ожидала этого.
Я была не совсем уверена, как мне пришла в голову эта аналогия ("Внимательность! Оно было под буквой 'Э'!"), но я знала, что это было необходимо.
Я медленно шла по коридору к двери нашего номера и машинально открыла замок телекинезом. То, что когда-то было невообразимым подвигом, стало даваться мне с такой лёгкостью, что я едва была сосредоточена на этом. Почти все мои мысли были где-то далеко. Я была полна решимости оставаться в Башне Тенпони ещё кое-какое время. Не для себя, но для моих товарищей. За последние несколько дней каждый из них был на краю гибели. Ксенит и Каламити чуть было не превратились в пепел при атаке адских гончих. Если бы Вельвет не раздобыла у Лайфблума то замечательное заклинание в последний раз, как мы были здесь, это бы и произошло. Каждый из них получил страшные раны, травма Вельвет по-прежнему держала её в гипсе, несмотря на мощную целебную магию и лучший уход, что могли предоставить ей пустоши. Не то, чтобы я была нетронута, но я боялась за них больше, чем за себя. В глубине души я почему-то знала, что я была расходным материалом, но вот они не были.
Мне нужно было многое восстановить. Я подумала, должна ли я просить их прояснить путь? Или мы должны пройти через это поодиночке? Я не знала, с чего лучше всего начать. Или даже что я, возможно, уже сделала. Обречена ли я была в ближайшие дни повторять обсуждения, которые мы уже провели и я их просто не помню? И видеть, как неловко смотрят друзья на меня в тот момент, как я второй раз начинаю трудный разговор?
Может быть, я оставила себе какие-нибудь подсказки? Конечно, как говорится, задним числом... но нет, даже этого не было. Что ещё хуже, я была достаточно умна, чтобы понять, что не должна даже пытаться сложить кусочки вместе. Если я буду думать о вещах слишком много, я могла бы восстановить логические линии, а я не хочу, чтобы мой мозг подвёл меня, когда окажусь нос к носу с Богиней. Я подозревала, что Трикси телепатией может прочесть не многим более моих поверхностных мыслей если бы могла, то в Марипони всё пошло бы совсем не так. (Или, возможно, всё-таки могла, но у неё не было достаточно свободного внимания, чтобы сделать это, при этом сохраняя связь со всеми её аликорнами. Тот факт, что Каламити удалось её чем-то удивить насчёт того, что он видел, сказал мне, что она этого не видела и была лишь в начале текущей мысли.) Тем не менее, если бы я знала план или даже имела подозрения, то я никак не могла бы о нём не думать, выполняя его.
Эти мысли столь заняли мою голову, что я даже не заметила звуков, когда вошла в комнату. Но одного взгляда хватило, чтобы я застыла, словно мёртвая.
Каламити. И Вельвет Ремеди.
Вместе. В постели. Переплетённые. Двигающиеся...
...занимающиеся...
Я не должна быть здесь. Срочносматываюсьпока!
Я стала мастером скрытности. Мне удалось выскользнуть быстро и гладко, без малейшего шороха, незамеченной.
Но щелчок, когда я закрыла дверь за собой, прозвучал громче, чем Малый Макинтош.
Я замерла. Всё моё тело напряглось, нервы обледенели, мозги дымились. Я могла бы приступить к разбирательству в своих чувствах по поводу того, на что только что наткнулась, но прямо сейчас меня захлёстывала паника.
С другой стороны двери я услышала голоса. Моё сердце бешено колотилось.
Неужели... кто-то только что открыл дверь? спросила она осторожно.
Я закрыл её на ключ, ответил он.
А потом, почти в унисон:
Лил'пип!
Литлпип!
Я побежала. Так быстро и так тихо, как только могла. Когда я уже мчалась по коридору, могу поклясться, я услышала голос Ксенит, провозгласивший из ниоткуда:
Обреченаааааааа!
* * *
Я постучала копытом в дверь библиотеки Твайлайт. Часть меня знала, что я должна была быть изгнана из компании Хомэйдж сегодня, но я искала, куда бы сбежать. Мне нужно было место, чтобы спрятаться и место, чтобы остаться на ночь, и Хомэйдж выступила на передний план в моих мыслях.
Никто не ответил. Дверь была заперта, и я была не в том состоянии, чтобы ещё что-нибудь взломать без разрешения. Я бросилась вверх по лестнице на балкон и подняла копыто к двери станции экстренного радиовещания. Она была занята? Прервёт ли стук моего копыта запись? Имею ли я право на такой риск?
И что она скажет мне? Как я могу просить её сделать мне исключение на основании того, что я умудрилась вторгнуться в что-то большее, чем просто частную жизнь моих друзей?
