Это город со старой оружейной фабрикой, уточнил Рейлрайт. Айроншод Файрармс. Я вспомнила прогулку через игровую площадку Надежды. Там я в первый раз увидела плакат Министерства Морали. Я только не знала названия этого города. Там ещё Массив стоит, в нескольких милях в сторону Вечнодикого.
Чего? спросила я, окончательно запутавшись. Антенн?
Солнечные Батареи Надежды, произнёс Каламити со скукой. Большое скопление тарелок, направленных в облака. Насколько я понимаю, пони старого мира перепробовали все, какие ток возможно, безумные способы получения энергии, когда поставки угля прекратились.
Вот что я упустила. В тот единственный раз, когда я была достаточно высоко, чтобы на мгновение выглянуть из окна фабрики, я была "слегка" занята, пробегая по обрушивающимся мосткам. Надо всё это обдумать. Технология превращения солнечного света в энергию? Это имело смысл, учитывая, что министерство Твайлайт Спаркл даже работало над использованием этого света в военных целях.
Несомненно, там было ещё над чем работать. Но даже просто надежда обеспечить Пустошь энергией была ещё одной причиной, по которой Эквестрия должна была увидеть солнце. Старые генераторы и спарк-батареи были не вечны.
Каламити стоял, почти касаясь копытами двери, когда она распахнулась и в дверном проёме нарисовалась Реджина Грознопёрая. Моему другу пришлось посторониться, когда она вышла наружу, кивком головы поприветствовав присутствующих. Вооружённая до зубов грифина-подросток прислонилась с стене под вывеской Дитзи Ду и достала пачку сигарет. На крыльце "Абсолютно Всего" становилось тесно.
Кто-нибудь видел, куда убежала та маленькая единорожка? спросила Реджи небрежно, закурив сигарету. Я тут же замерла, предположив, что под маленькой единорожкой она подразумевала Сильвер Белл.
Каламити пришёл к тому же заключению.
Сильвер Белл пропала? Она была внутри ещё минуту назад.
Рейлрайт закусил нижнюю губу.
Думаю, я видел, как она направлялась к туалетам.
Oй.
М-м... тогда не стоит пока собирать поисковый отряд. Мысленно метнув пару молний в Наблюдателя, я добавила: Лучше дадим ей уединиться. Внезапно пришедшее по пятам этой мысли осознание того, что в Новой Эплузе были общественные уборные, огрело меня по лбу, словно доской с гвоздями. Ох. Чёрт. Разумеется, уборные здесь были общественными. О чём я только думала?
Ну а сейчас-то ты от чего раскраснелась, Лил'пип? Ну, спасибо тебе, Каламити. Не мог оставить это незамеченным? Ага, щасс.
Т-ты... э-э-э... что-то говорил насчёт... комитетов?
К счастью, Каламити понял намёк и перескочил обратно к предыдущей теме, как будто и не отвлекался от неё.
Помнишь, я говорил те, что Анклав держит пегасов, которые умеют делать сверхзвуковой радужный удар, на коротком поводке? Терь ты понимаешь, почему. Со всеми этими облачными технологиями, на которые Анклав полагается, и главное облачной завесой, неудивительно, что это умение кажется им оружием массового поражения.
Я посмотрела туда, где на город упал один из Хищников. В пелене дождя его освещали установленные рядом прожекторы. Там же были видны силуэты пони, собиравших обломки.
Пойми, Лил'пип, когда пегасы закрыли небо, мы успели потерять один город. Всего один. Да, он был самым большим, но всё ещё оставалось несколько других, почти не тронутых войной. Все их довоенные технологии и магия... столетиями использовались повторно и для разных целей.
Небо разорвала молния. Гром обрушился на нас с такой силой, словно хотел вбить нас в грязь.
Но большего они не могут, крикнул Каламити. Пегасы не могут создавать магические предметы, как единороги или зебры. И там не из чего создавать, за исключением того, что осталось от прошлого. Или облаков. Из облаков получаются отличные дома для пегасов, но они не очень-то подходят, чтоб делать из них броню и пули.
Я вспомнила, как моё копыто прошло сквозь интерфейс терминала Анклава.
Из тех немногих гор, что поднимаются выше облаков, выжали все ресурсы, если только там не было таких созданий, которые оказались Анклаву не по зубам. Ага, вроде Спайка. Несколько поколений назад Анклав вторгся на небеса грифонов, просто чтобы получить их горы.
Каламити кивнул Реджи, которая глубоко затянулась сигаретой и бросила в небо проклятие.
