Мое внимание отвлеклось: красавица Вельвет Ремеди находилась рядом со мной, пока я была без сознания. Вельвет Ремеди сидела на коленках напротив меня, её исцеляющий рог светился. Она сидела в таком неудобном положении, что даже мне было больно на неё смотреть. Её голова была обмотана волшебными бинтами, через которые просачивалось большое багровое пятно с её обработанной раны.
— Надеюсь, тебе нравится вкус Антирадина, Литлпип, — сказала она, улыбаясь и стараясь звучать естественно. Я могла определить напряжение в её голосе, как бы она его ни скрывала. — СтилХувз единственный среди нас, кто не будет безмерно благодарен, если я смогу убедить Доктора Хелпингхуфа продать нам все его запасы.
— Вельвет... ты в порядке? Ты упала.
Вельвет мягко улыбнулась мне.
— У меня сотрясение, но оно не должно быть слишком серьёзным. Я больше переживаю за тебя, Литлпип.
Пф-ф-ф. Со мной всё будет в порядке. Пара лечебных зелий, и всё заживет, как на собаке. Так ей я и сказала. Вельвет вздрогнула. Почему она вздрогнула?
— Литлпип... нельзя тебе лечебные зелья принимать, пока эта штука всё ещё торчит в тебе. — Я посмотрела на окровавленную, ребристую металлическую арматуру, гротескно пронзившую мою переднюю ногу. Вельвет продолжила: — Своей магией и медикаментами я тебя подштопаю, да. Но сначала нужно вынуть этот металлический прут.
Это будет больно, не так ли?
Вельвет Ремеди заверила меня, что это будет ОЧЕНЬ больно.
Телекинезом я вынула шар памяти из Башни Подковы, предавшись на мгновенье созерцанию. Замок на том сейфе был самым сложным из всех, что я взламывала. Он был за гранью магических способностей двух аликорнов. Что же за секреты он хранил. Согласно сказанному Блэквинг, наёмники получили коды, которые они искали где-то в здании. Конечно, аликорны не знали этого наверняка. Вероятно, они просто не хотели рисковать.
— На счет три? — предложила я Вельвет Ремеди.
Она кивнула, её губы растянулись в одну тонкую полоску
— Раз... два...
Я пробудила свою магию и дотронулась до шара. Как только рог Вельвет Ремеди заполыхал и арматурина окуталась сиянием, все мои чувства провалились в другой мир.
<-=======ooO Ooo=======->
Я сидела перед рядом терминалов между ещё двумя пони, на которых я не обращала никакого внимания. В ухе мягко шипел наушник. На экране терминала ничего не было, кроме значка-шарика, который надувался, пока не лопнет, затем процесс повторялся.
У хозяина памяти уже всё замлело от долгого нахождения в одной позе. У неё чесалась грива, как и…
Ой! Поправка, у него чесалась грива. Как и некоторые другие места. И мне вдруг очень сильно захотелось вернуться назад в руины Мэйнхэттена и чувствовать вонзённую в ногу арматуру вместо этого.
Маленький шарик в очередной раз лопнул и сменился текстом.
>Перехвачено аудиосообщение.
>Источник сообщения: Резиденция Оранж, Башня Подковы, Мэйнхэттен
>Получатель сообщения: [٠٠٠٠٠]
>Получатель сообщения: зашифровано.
Производится запись в журнал. Требуется проведение процедуры Надзор.
Я сразу же узнала голос Эплблум. У него был странный тембр и охриплость, будто она долго плакала, но все слёзы уже закончились.
Мой хозяин схватил зубами карандаш и стал что-то калякать в блокноте. Я ощущала вкус ластика и чувствовала отметинки от зубов на древке. Я старалась сосредоточиться на вкусовых, зрительных и звуковых ощущениях, старательно игнорируя другие.
На экране передо мной появились ещё строчки:
>Несанкционированное шифрование преодолено.
>Получатель сообщения: Пони-Совершенство, Кантерлот.
>Приступить к анализу голоса?
Носитель моего сознания звучно вздохнул и нажал другую кнопку. Затем он вернулся к записям, лишь краем глаза поглядывая на экран.
>Идёт анализ голоса.
Голос Эплблум стал тише. Я почувствовала, как слегка привстала. Очевидно, когда говорящие становятся тише, это хоть немного, но привлекает внимание.