Вельвет Ремеди всхлипнула, пустив слезу, к которым зебра похоже была не склона или же вообще неспособна. Мои же мысли вернулись в прошлое к разговору одной из рейдеров в Разбитом Копыте, которая рассказала, как её собственный город пал жертвой той же трагедии, как в нём остались лишь дети, предоставленные самим себе. Она стала рейдером, чтобы убежать от ужасов, которые творились в месте, что когда-то было её домом, но превратилось в ад под руководством обезображенных мясников и психически надломленных детей.
— Это было давно. Очень давно. Я сомневаюсь, что дочь узнает меня, если она до сих пор жива. — Лицо Ксенит было печальным, но голос оставался твёрдым. — Я давным-давно потеряла возможность быть её наставником и защитником. Сейчас же я лишь хочу знать.
* * *
— Тебе определённо не стоит куда-либо торопиться, — проворчала Вельвет Ремеди, едва мы завидели здание Стойл-Тек, которое было отделено стеной от большей части Филлидельфии, прямо как город Стерн в миниатюре. — Если только в клинику на недельное лечение.
В принципе она была права, но у нас не было недели. Я чувствовала себя виноватой за то, что эгоистично забрала большую часть дня на отдых. Но когда моя магия восстановилась достаточно, чтобы левитировать Малый Макинтош, я знала, что время выдвигаться.
Маленькая семейка мусорщиков бросилась искать укрытие, как только увидела нас. Сердце кровью обливалось, стоило лишь подумать о том, что когда-то пони при встречи на улице здоровались друг с другом, дружелюбие было социальной нормой. На Пустошах Эквестирии дело обстояло иначе: любой незнакомый пони встречался с предусмотрительной подозрительностью и прежде всего расценивался как потенциальная угроза. Я улыбнулась мусорщикам и дружелюбно помахала им копытом, когда мы уже прошли мимо них. Но ответных действий не последовало, они даже как-то отпрянули, пряча за собой пони помоложе и держа оружие на взводе, будто мы вот-вот нападём, подобно шайке рейдеров.
Я ненавидела Эквестрианскую Пустошь. Особенно Филлидельфию.
— Ух ты! — вырвалось у Вельвет Ремеди, глаза были широко открыты от удивления. — Ну не великолепна ли ты? — Она быстро пробежала вперёд нас.
Паерлайт, блестяще светясь, взгромоздилась на статую Свити Белль над фонтаном. Она истратила большую часть энергии, полученной в Кратере Филлидельфии, но её аура всё ещё была в пять раз больше её самой, освещая внутренний двор Стальных Рейнджеров золотым сиянием.
Моё сердце ринулось к пылающему фениксу, очень благодарное ей за поддержку, когда я была за Стеной. Пока я подбегала к ней, на глазах навернулись слёзы.
Мой ПипБак начал трещать, предупреждая о том, что находиться близко к Паерлайт было вреднее для здоровья, нежели ванная в Филлидельфийской воде. Я приостановилась и посмотрела за тем, как Вельвет Ремеди левитировала к себе банку РадСейфа из седельных сумок. Она приняла больше рекомендованной дозы, прежде чем подбежать прямо к радиоактивной птице и мягко уткнуться в неё носом. Паерлайт заворковала.
Ну что ж, Вельвет Ремеди перестала проводить слишком много времени в шаре Флаттершай после того, как к нам присоединилась Паерлайт. Я испытывала смешанные чувства от такой замены.
— Все пони в этой компании — психи, — пробормотала Ксенит, пройдя мимо меня.
Я пододвинулась к Ксенит.
— Эм... это здание принадлежит Стальным Рейнджерам. Думаю, тебе не слишком безопасно идти туда вместе с нами. Ты не против подождать снаружи? В одиночестве ты не будешь, да и я надеюсь, что это ненадолго.
Ксенит оглядела меня.
— И кого ты собираешься оставить мне в компанию?
Я знала, что боевое мастерство Каламити нужно мне для прикрытия, просто чтобы встреча Блюберри Сэйбр прошла без проблем. И я не столько хотела иметь Стального Рейнджера с собой по дипломатическим причинам, сколько не хотела оставлять его наедине с Ксенит. Вельвет Ремеди, с другой стороны, наверняка обрадуется проведению времени вместе с Паерлайт... ведь я всё равно не собиралась брать с собой внутрь величественный светящийся комок радиации. Так что я сказала Ксенит своё решение.
Зебра кивнула.
— Как пожелаешь. Я останусь здесь с единорогом Флаттершай и её фениксом Зайкой Смерти.
Оки-доки-локи.
— Может быть... поработаешь над тем зельем, которое ты мне предлагала? — предложила я, несколько углубляясь в тему. Я хотела показать зебре своё доверие и дать ей занять себя чем-нибудь продуктивным, пока нас нет. Я, правда, не очень хотела изменяться. Я провела достаточно времени в воспоминаниях пони, чьи тела значительно отличались от моего. Я даже не знала, как хорошо мне жилось бы в одном из них.
Но...
Ксенит была права. У Красного Глаза были свои преимущества. Мне наконец-то надо засунуть свою щепетильность подальше и брать то, что предлагают.
Ксенит улыбнулась.
— Как пожелаешь.
* * *