Или правильнее будет спросить — кто?
У меня закралось подозрение, что этот кто-то лежал сейчас в моей постели...
Кое-как протиснувшись в комнату, мужчины встали друг напротив друга по разные стороны кровати и скрестили на груди руки.
- Пошел вон, - холодно велел Феликс.
Рэйдан надменно выгнул бровь и, не пошевелив ни единым мускулом на лице, сухо бросил:
- Ты стоишь сейчас здесь только потому, что я позволяю.
- Что происходит? — подала я голос и удивилась насколько он оказался чужим.
Хриплым и осипшим. Таким, будто я с неделю молчала. А сколько кстати времени я проспала? По ощущениям, не меньше суток.
Рэйдан перестал прожигать Феликса свирепым взглядом и склонился ко мне.
- Как ты себя чувствуешь, пташка? — спросил он мягко.
А смотрел как ласково! Весьма неожиданно. Что вдруг изменилось?
- Не смей так обращаться к моей сестре, - зло процедил Феликс.
- Она твоя сестра без году неделя, - недовольно парировал Рэйдан.
Чего?!
Я аж воздухом поперхнулась. Как рыба, выброшенная на сушу, раскрыла рот и не смогла произнести ни звука. Даже моргать перестала.
На несколько мгновений в комнате воцарилась выразительная тишина.
- К..какой еще сестре? - наконец нарушила я общее молчание.
На этот раз от переизбытка чувств голос мой прозвучал довольно-таки звонко. Почти что визгливо.
- Ты - Арес, - произнес Феликс таким тоном, будто констатировал некую очевидную всем истину.
- И? - недоуменно протянула я.
- Арес — девичья фамилия нашей матери, - пояснил белобрысый.. брат?!
- Он что правду говорит? я изумленно уставилась на Рэйдана.
- А мне не веришь? — нахмурился Феликс.
- С какой стати? — фыркнула я, вызвав у Рэйдана смешок.
Белобрысый зло сверкнул зелеными глазами и раздраженно дернул уголком губ. А я снова застыла с открытым ртом, разглядывая его лицо.
Он же напомнил мне меня!
Одинаковый цвет волос, цвет глаз, схожая мимика. Триединый!
- Это правда, - припечатал Рэйдан, на корню уничтожая любые сомнения, и грозно добавил. — И только по этой причине он еще дышит.
Феликс скрестил руки и презрительно скривился.
- Ничего не понимаю, - пробормотала я под нос.
У меня голова шла кругом. Белобрысый мой брат. Невероятно! За что мне такой родственник? Мы же чуть не поженились!
- Пропустите!
В комнату буквально влетела мать-настоятельница Нонна, держа в руках поднос с дымящейся посудой.
Главная монахиня здесь?!
Следом за женщиной семенила молоденькая девушка со стопкой одежды и чистых полотенец. Неужели я и впрямь была сейчас в монастыре? Сколько же я провела в отключке?
Все вон! - с суровым видом велела мать-настоятельница, уперев в бока руки.
Рэйдан и Феликс посмотрели на нее с одинаково возмущенными выражениями лиц.
Со стороны было забавно смотреть как двух высоких и сильных мужчин выпроваживает уже не молодая женщина, которая была вдвое ниже их ростом.
- Господа, вам требуется особое приглашение на выход? — сухо осведомилась Нонна, сверля двух противников строгим взглядом, как каких-то нашкодивших щенят. - Совсем девочку мою измучили. Голодом заморили! А теперь пришли выяснять, кто на нее больше прав имеет? Ни стыда, ни совести!
Теперь Рэйдан и Феликс выглядели маленько ошеломленными напором монахини. И даже не поняли, что Нонна все это время подслушивала за дверью, прежде чем ворваться в комнату с подносом еды и питья.
Несмотря на желание во всем разобраться, сейчас мой желудок был на стороне матери-настоятельницы. Первым делом ароматное мясное рагу и поджаренный хлеб, а сомнительные родственники потом. Да и на сытый живот думается лучше.
К тому же в свете последних событий к Нонне у меня тоже вопросы имелись. Было подозрение, что старой монахине известно обо мне куда больше, чем она всегда рассказывала. После заявления Феликса, что я его сестра, версия «нашла тебя младенцем на дороге» вызывала теперь сомнения.
Пока меня кормили и мыли, Нонна почти ни на минуту не переставала причитать. Из ее отповедей удалось узнать, что со мной случилось после удара головой.
- Сильные мира сего! Как же! Не смогли уберечь одну единственную девчушку. Вся бледная и тоненькая стала, а руки, ноги —веточки! Эгоисты! Хоть бы кто подумал, что кормить ребенка надо. Кормить и не давать мерзнуть! Привезли всю исхудалую и больную. Триединого Бога на них нет. Так бы и надавала им затрещин. Пожалела уж.
- Я заболела? - спросила я, пока Нонна взяла передышку между ворчанием.
- Заболела! Если бы! Чуть в иной мир не отправилась, - монахиня осенила себя защитным знаком Триединого и продолжила.
— Лихорадило всю, бредила, не просыпалась. Если бы не мои знания трав и лечения, неизвестно бы выкарабкалась ли.
Слова Нонны заставили меня поежиться, но аппетит не испортили. Было странно сознавать, что я могла больше не очнуться, но все случившееся казалось просто страшным сном. На одно мгновение даже посетила странная мысль, что я не покидала стены монастыря и не было ни драконов, ни острова, ни драконидов.
- Нонна, - позвала я мать-настоятельницу тихим серьезным голосом, отчего та вмиг умолкла. - Я всегда думала, что Кира Арес — это имя, которое ты дала мне, когда подобрала на дороге.
