Лиза бросила взгляд в зеркало и вздохнула – её вторая свадьба. Ассоциации с этим мероприятием до сих пор не самые приятные.
Нет, умом она понимала, что теперь всё иначе: и жених другой, и замуж она выходит не из-за долга или принуждения, а во всех смыслах добровольно. Да и размах мероприятия в разы меньше, чем в первый раз – здесь собраны только самые-самые близкие им люди!
Таких набралось не больше десятка, так что на свадьбу года это бракосочетание, к счастью, не тянет.
- Лиза, ты как? – в дверь заглянула Вероника, супруга Игоря Трунова. – Там жених скоро на нет изойдёт. Стоит, стену подпирает, не слишком отличаясь от неё цветом – подозреваю, он боится, что ты передумаешь.
Ника хихикнула и, рассмотрев невесту, восхищённо замерла.
- Мой бог, Лиза, ты ослепительна!
- Всё в порядке, - улыбнулась Елизавета. – Просто задумалась – вдруг вспомнилась та свадьба, с Левиным. Но уже всё. Идём, я готова!
- Нет, дорогая, подожди немного, - качнула головой подружка невесты, - Ты-то готова, но боюсь, жениха придётся подготовить получше. Где ты нашла это платье? Впрочем, детали потом. Подожди пять минут, я скажу своему, чтобы заманил твоего подальше от двери и всё-таки влил в него сто грамм. А лучше все двести. Ты же ходячая бомба, детка! Без анестезии твоего или удар хватит, или разорвёт на части. И вместо регистрации брака он утащит тебя его консуммировать.
Лиза не смогла сдержать улыбки.
- Что, правда, я так выгляжу?
- Не то слово! Подозреваю, анестезия потребуется всем мужчинам, в радиусе километра. Пять минут!
Она взмахнула рукой и выскользнула за дверь.
А Елизавета, мельком бросив взгляд в зеркало, отвернулась к окну и погрузилась в мысли.
Да, первая свадьба и, собственно, весь брак оставили не самые лучшие воспоминания!
Мама… Нет, матери так не поступают! Теперь она для неё просто Екатерина Георгиевна и не слишком близкая родственница.
После того, как Екатерина отбудет назначенное судом наказание, она поселится в небольшом городке в ста километрах от Москвы, и они вряд ли когда-нибудь ещё пересекутся. Во всяком случае, Елизавета к встречам пока точно не стремится.
Согласно воле Николая Рузанова, вдова его сына потеряла и денежное содержание, и дивиденды. Но совсем гола и боса не осталась: её московская квартира была продана, взамен куплена двушка в провинции, а остаток денег от продажи положен на личный счёт Екатерины. Женщине будет, куда вернуться, а небольшой – по прежним её меркам – запас денег позволит продержаться, пока она не начнёт работать и зарабатывать себе на жизнь.
Следствием было доказано, что покушения на Николая Рузанова дело её рук. Не сама, понятное дело, подливала ему подавляющие волю препараты, а через подкупленную сиделку. Уж очень бывшей невестке хотелось, чтобы свёкор переписал завещание в её пользу! К сожалению – её сожалению – ничего не вышло: организм старика отреагировал на препарат не так, как она ожидала.
Но пока шло разбирательство свежих прегрешений Рузановой-старшей дотошный следователь из молодых да ранних, решил поднять дело о смерти Сергея, супруга Екатерины и отца Лизы. То ли интуиция сработала, то ли просто везение, но он докопался до правды! То есть, сумел и выяснить и доказать, что именно Екатерина помогла мужу уйти на тот свет. Слишком большая доза психотропного вместо подавления воли мужчины вызвала у него острую сердечную недостаточность. Правда, по этому преступлению истёк срок давности (прошло больше 15-ти лет), но всё равно Екатерина Георгиевна выйдет на волю теперь не скоро.
Бывшей будущей невесте Левина, Карине, тоже пришлось расплачиваться за соучастие в покушении на жизнь Лизы и Олега, а так же за некоторые другие свои «подвиги».
Если она надеялась, что про попытку напоить Олега кофе с лёгким наркотиком мужчины забудут, то Карина крупно просчиталась. Да, на фоне аварии и последующих разбирательств с организаторами происшествия, Левину было точно не до фортелей отставной любовницы.
Но на страже интересов семьи стоял Рокотов, а он никогда ничего не забывал.
Чашка со всем содержимым была им передана сначала в лабораторию, а потом, вместе с заключением и записями с камер наблюдения, в полицию. И Карине добавили статей.
Перепугавшись насмерть, она тут же сдала и Рузанову-старшую, и Максима Батьковича, как на духу выложив следователю даже то, о чём следствие пока не подозревало.
При выносе приговора была учтена добровольная помощь Карины в расследовании. Поэтому срок девушка получила не максимальный, а ближе к минимальному, предусмотренному законом для данных преступлений. Но всё равно посидеть ей пришлось. И когда – через семь месяцев – девушка освободится, возвращаться ей придётся в родной северный городок. Потому что в Москве или Питере ей ничего хорошего не светит. Кирилл Петрович навестил Мамаеву в СИЗО и предупредил, что проследит за этим лично.
- Пока не ты не окончательно спустила свою жизнь в унитаз, берись за ум. Возвращайся к истокам, и попробуй жить своим трудом и честно. В противном случае…
