Когда я вышел из машины и расправил плечи крякнув, народ вокруг охнул и расступился, открывая дорогу. «Привет, Габен!» — крикнул кто-то из толпы и я шагнул подальше от голоса, в противоположную сторону, в сторону колодца. Подошёл и чёрнокожие парни, каждый на две головы выше меня расступились, открыв рты. На краю колодца стояло ведро и к оголовку привязана кружка. Я одним взмахом наполнил её водой и сунув под маску, напился, обливаясь. Водка как в сказках мимо текла и в рот не попадала, так тряслись руки, будто ток к подмышкам подвели. «Перестань нервничать», — подумал я и отшвырнул кружку, она повисла над землей громыхая, благо привязана была.
«Нехорашо, — сказал негр, — пасуда на место ложить нада, брат», — и головой покачал. Я развернулся и ногой больно ударился о скамеечку, которая подло притаилась справа и в балахоне видно её не было. Хотелось скрючиться и обхватить колено руками, завывая но я выпрямился и сдерживая боль пошёл в толпу. БК пульсировал передавая невидимые сообщения, наверное в пару пунктов жизни мне этот удар точно обошёлся, но узнаю точно когда нибудь.
«Габен Красноликий уже здесь! — загремел голос со стороны сцены, — Встречайте палача!»
Кричали в мегафон. На сцене металась фигура, о которой меня не предупреждали и махала руками, привлекая моё внимание.
«Габен! Габен! Габен! Приведите мутанта, шоу начинается!»
«Давай, брат! — негр широко улыбнулся, — сделай дело! Дорогу палячу!»
Триста метров до сцены превратились в триста километров. Несмотря на свою профессию я никогда не любил публичность. Все эти выступления на сцене, поздравления, вручения дипломов и родительские собрания. Один раз я даже сбежал с собственного юбилея. Речь нужно было толкнуть для гостей. Я целый вечер трусился в ожидании этой пытки, много пил, чтобы утратить страх и от страха не пьянел. В итоге перед самой речью, которую должен был произнести со сцены актового зала я вышел на секундочку в туалет и сбежал, отключив телефон. Да, тогда еще носили телефоны, а не БК. Сбежал и почувствовал себя намного лучше, вот так. А что гости? Гостям объясню как-нибудь думал я, шагая по ночным улицам города, уже загаженным рекламой умного браслета. На следующий день никто и не спросил куда я делся, коллеги старательно делали вид, что ничего не произошло. Так, Мама Изя, а ну-ка гони от себя эти мысли. Не нужно себя подготавливать — сейчас отступать некуда и через туалет не уйдёшь, на тебя смотрят сотни пар глаз. Просто не думай о них, не думай о них, не думай о них.
Я шёл через толпу не обращая внимания на тех кто кивал, не протягивал руку тем, кто хотел рукопожатия. Улыбался тем, кто улыбался мне, но вряд ли они поняли мою «подачку» сквозь маску.
Пот лился со лба такими ручьями, что я боялся поскользнуться на мокрой от пота земле. Внутри капюшона уже не пахло свежестью ткани, а несло козлятиной — запах у моего нового аватара неприятный, прямо скажу.
Деревянная, выстроенная посреди площади сцена приближалась неумолимо, как огромная башня посреди макового поля. Там размахивал руками какой-то человек и вытирая пот со лба я искал взглядом ступеньки, не хотелось оставаться посреди толпы ни одной лишней минуты. Пора это всё заканчивать.
5.
Ступени справа. Пять штук, как и предупреждали. Людское море колышется, но расступается передо мной послушно, как перед Моисеем. Это не маленькие ступеньки — это массивные и высокие ступени. Я задираю ногу неуклюже, чтобы забраться на первую, помогаю себе руками. и ставлю рядом инструменты. Вверху появляется тень и она накрывает меня надвигаясь. Я выпрямляюсь и вижу шута, который наклоняется ко мне сверху и протягивает руку в красной перчатке. Лицо у него белое, всё в пудре, но щеки красные, будто вымазанные в крови. Сюртук полосатый, черно-белый и грязный воротник. Перчатки с большими пальцами. В правой руке у него мегафон а левую он протягивает мне. Первое желание схватиться за неё и принять помощь, но я смог удержаться и отвернувшись, продолжаю подниматься, пока не оказываюсь наверху.
Шут прячет руку в карман и отходит, я вижу автомат у него за спиной и не по стилю черные сапожки.
— Мы начинаем, пацаны! Великий эксперимент от великой гильдии! Консерва, какой еще не было! Ачивмент, который еще никто не получал! Сегодня мы рискнём и все получим награду! Палач уже здесь, но где же консерва из мутанта?
Пока он надрывался в мегафон работая на публику я взглядом отыскал стол и разложил на нём десяток стальных инструментов, примерно от самого маленького к самому большому. Как они работают я не знаю и знать не хочу, и что с бедным мутантом собрались делать мне думать не хочется.
