Я вытащил свиток под прицелами сотен глаз, как на родительском собрании. Печать как затвердевший круг старого шоколада скрепляла странички. Хруст прозвучал в тишине как… хруст… но очень громкий. Толпа затихла удивлённо… Я посмотрел на кусок печати в руке и сунул огрызок в рот. Ожидал чего-то химически-противного, кислого или наоборот ультра-сладкого но будто откусил кусок пластилина из детского уголка. Тот превратился в мерзкую жижу и полез наружу рвотными позывами, но не тут то было. Я добросовестно проглотил всю гадость и улыбнулся. Толпа отшатнулась от сцены вместе с танком.
— Сейчас я прочту вам очень важное сообщение! — эти слова я произносил уже без помощи мегафона. Печать сработала, мой голос гремел, но не рвал перепонки как на митинге, он просто звучал везде, все слышали что я говорю, судя по рожам. В любом уголке площади и даже «мой шофёр» Пассат злился и показывал пальцем на свой БК. Тоже слушает. Я развернул свиток и уставился на текст.
Кто-то долбился в БК с силой бешеного слона, но я уже сделал с браслетом всё что нужно.
7.
В свитке красовалось одно слово. Одно, но зато какое. Я повертел свиток и так и этак, но ничего нового не увидел. Одно слово и множество восклицательных знаков за ним.
Где-то внизу под сценой, в бурлящей взглядами толпе мелькнули злые глаза шута. За спинами людей показывал на свой браслет Пассат и бил кулаком по крыше автомобиля.
Я держал свиток перед собой как зеркальце и любовался толпой, которая приходила сюда убивать. Начали с условного противника — живого мертвеца, закусили конкурентами, собрались в стаи и продолжили убивать друг друга в жажде пары циферок опыта. Люди, такие люди. Человечество не изменится. Они будут убивать друг друга если не за золотые слитки, так за циферки опыта или за бутылки с водой. Разница только в условиях. А я ведь тоже человек.
Я посмотрел на свиток ещё раз и уже открыл рот. когда мутант позвал меня по нику:
— Мама Изя! Мама Изя!
Я обернулся.
— Не делай этого! Мне постучались в личку важные люди и говорят, что с тобой связаться нельзя. Они не могут тебе передать, меня просят! Не делай этого! Не читай свиток! Это очень опасно и необдуманно! Ты доверился не тем ребятам!
— Эй ты! Габен Палач!- на сцену вылез из ниоткуда шут и уже бежал в нашу сторону.
— Ты хочешь умереть в муках и потерять всё? Решай уже, неудачник.
Я скинул капюшон, чтобы лучше видеть и толпа ахнула. Шут замер.
— У тебя два лица? — мутант даже прищурился и головой замотал.
— Ты кто? — шут начал поднимать автомат, ремень слетел с плеча.
— Что делаем? — я смотрел на мутанта, — решай ты, мне уже надоело решать. Пытка или ебашим?
— Ты же видел, я вступил в группу. Значит мы теперь напарники. Ебашь их, мама Изя!
И я прочитал слово-заклинание
8.
Кабум!
Слово из пяти букв, а сколько спецэффектов. Я развернулся к народу и произнёс его, а потом свиток вспыхнул. Мгновенно вспыхнул и рассыпался пеплом даже не успев обжечь пальцы. Я медленно повернулся к шуту, ожидая выстрела, но тот замер как отпечаток чего-то иллюзорного на прозрачной бумаге пространства. Замер, даже не успевая поднять ствол и закрыть рот, замер, пуская слюну, которая тоже подвисла между нижней губой и подбородком.
— Вот это да, — сказал мутант, — а и на небе тучи.
Голова шута вдруг лопнула, как шарик, наполненный кровью, разбрызгивая содержимое. Тело пришло в движение и рухнуло на пол, автомат ударился прикладом о землю и упал рядом.
Мутант громко рыгнул, собираясь вывалить на землю прощальный ужин, а я посмотрел в толпу, потому что там тоже начали лопаться головы.
Сначала какой-то военный в зеленой форме и с нашивкой красной молнии на плече потерял голову и осанку, между двух вульгарно размалеванных девок. Они завизжали, размазывая чужую кровь по лицам и та, что была справа тоже осталась без тыквы на плечах.
Паника пошла по игрокам, как смерть по потерянным душам — скача и вприпрыжку. Левая половина развернулась и рванула влево, правые споткнулись, упали и погребли вправо. А черепушки лопались одна за другой, сначала медленно, а потом всё быстрее ускоряясь. «Хлюп, хлюп, хлюп» хлюпала кровь высвобождаясь из человеческих сосудов. «Шлёп-шлеп-шлеп» шлепали ноги по мокрой земле.
То там, то сям мечущееся тело замирало и пыталась руками удержать то чего уже не было на месте — безмозглого черепка, такие последние конвульсии.
— Оно двигается! — закричал мутант, с башкой у него было всё в порядке. Я посмотрел вверх успел разглядеть, как надпись облаками на небе начала изменяться с «Кровавые пузыри» на «Огненный дождь!»
По небу с необычной скоростью бежали тучи собираясь над площадью и закрывая солнце.
— Охренеть! — кричал мутант. — Что это у тебя в руке?
Я и правда почувствовал твердую изогнутую ручку в руке. Откуда он взялся не знаю, но светящийся браслет освещал зонт. Я тут же его открыл и под такой хлипкой защитой подошел к привязанному человеку и закрыл его тоже. А потом начался дождь.
