Хонока, Фуу и Карин собрались у подножия моей башни по моему зову… Или, если быть точным, то я грубо сбросил их сюда, неожиданно открыв портал у них под ногами. И из-за того, что мне удалось сделать полёты в пределах своего Божественного Измерения концептуально невозможными, эти трое были лишены способности спастись от своей судьбы.
— Это выглядит как-то… — пробормотала Фуу, но взглянув на моё хмурое лицо быстро замолчала, потеряв дар речи.
— Не нужно так оскорблять моё творение! — возмутился я, ткнув её за это указательным пальцем в щёку, а затем сделал то же самое ещё и с Карин, которая в ответ на мои действия поморщилась и надула губы.
Однако она ничего не сказала, предпочитая просто молча задрать нос и отвернуться, глядя куда-то вдаль. Тем временем, Хонока просто посмотрела на созданный мной ковёр-самолёт с интересом и каким-то почти детским восхищением, которое почти застало меня врасплох.
— Ты закончил его, да⁈ — спросила Фуу, повысив голос, — Надеюсь, мы не упадём с высоты нескольких километров.
— Ага, ага… — согласился я, дважды кивнув.
— В любом случае, мы теперь все умеем летать, — подала голос Карин, скрестив руки на груди с недовольным видом, — Так, что теперь это не так уж и важно.
Мне и правда удалось наконец-то научиться создавать артефакты в стиле тех вещей, которые производит Мудрец Шести Путей. Ооцуцуки Хагоромо, как я теперь думал, тоже был каким-то богом, а его Чистый Мир, должно быть, был ничем иным как его собственным аналогом Божественного Измерения. Впрочем, я пока был не уверен обладал ли он подлинной «божественностью», как Харди и Эмрой из Фалмарта.
Хотя на самом деле, мне пока было неизвестно даже то, что собой представляет так называемая «божественность». Стоит отметить, что на первый взгляд она казалась немного похожей на предел родословной, вроде стихии жара или стихии льда, но со своими особенностями.
Я также чувствовал, что «божественность» не только растёт с течением времени, но и позволяет поглощать духовную энергия из разумных существ, которые мне поклоняются, наделяя её особенными свойствами, которые обычно связаны с атрибутом того или иного божества. Например, для Эмроя — это была смерть, насилие, безумие, война и тьма, а для Харди — загробная жизнь и души. А я сам, как существо, которое поглотило их, получил всё это…
Проблема в том, что поклонников у меня было настолько мало, что их можно было буквально пересчитать по пальцам одной руки. Отсюда следует, что узнать больше об этой механике мне пока не удалось, но я обязательно найду для этого время как-нибудь потом.
Однако, что примечательно, так это способность отделять «божественность» и класть её в предмет или существо. В первом случае получалось, что-то на подобии алебарды Рори Меркури, а во втором — «апостолы» или «аватар», который мог временно вмещать нечто похожее на теневой клон божества.
Потакая собственной паранойи, я решил прибегнуть к последнему варианту, не желая напрасно рисковать собой в случае возможной смерти. Однако это не значит, что я собирался отказаться от возможности создать свой собственный артефакт… Таким образом, один такой, как раз, теперь лежал передо мной.
— Хватит болтать! — сказал я, усаживаясь в позу лотоса в центре чёрного ковра, — Залезайте или оставайтесь здесь. Выбор за вами.
Хонока, Фуу и Карин молча повиновались, решив последовать моему примеру, усевшись позади меня. И к их шоку, как только их задницы опустились на ковёр, мир вокруг размылся и сдвинулся. В следующее мгновение они распахнули глаза, уставившись на простирающееся вокруг синее море.
— Этот артефакт выглядит невзрачно, но не стоит его недооценивать, — сообщил я, когда повернувшись, с ухмылкой на губах оценил выражение лиц своих спутниц.
— Быстро… — тихим голосом прошептала Хонока, завороженно глядя по сторонам.
— Не просто быстро, а слишком быстро! — возмутилась Фуу, поджав губы.
— Этот ковёр может летать во много раз быстрее скорости света, ведь он разработан мной специально для совершения космических путешествий, — добавил я, хлопнув в ладоши, — Кстати, мы уже у цели. Загородный дом клана Сарутоби, где и будет проходить аукцион теперь прямо под нами.
Подчиняясь моей воле, ковёр опустился вниз, мягко и беззвучно приземлившись в нескольких сотнях метрах от замка в традиционном японском стиле. Именно этот момент Карин выбрала, чтобы напомнить мне о своём существовании.
— Это действительно дом⁈ Нет! Это скорее дворец… — громким голосом проворчала она, глядя на массивное строение, — Это здание просто огромно! Старая обезьяна совсем уже зажралась, раз решила построить себе такое…