Невластная уйти от мягкой ласкиЛучей, листвой таимых, я опятьУже заснуть была готова. Взял быМеня Кронид покорной. Ведь никтоДо той поры мне кос пушисто-нежныхЕще не распускал. Но вновь осаЗабилась в завитки волос, и жалоМне прокололо кожу. С диким крикомЯ на ноги вскочила, и рукаЛукавую стряхнула. ИзумрудныйМеж камней скрылся хвост ее, и вмигИз чаши той, что солнце обернуло,Допив ее до капли, два огняСухие пронеслись с громовым треском,И будто свод стеклянный рухнул — звон,И стон, и дым наполнили ущелье.ФамираКак этот сон и страшен, и красив:Багровые лучи сквозь белый полог.НимфаЗевс не простил меня. Хоть никогдаСуровых глаз его я не встречала…С улыбкой он так ласково глядит,Когда меня встречает и теперь…О, Зевсова улыбка!.. Позже выЕе поймете, люди, — мы в векаПередадим ее вам — в серых камнях,Где будем мы, покорны молоткуИскусного ваятеля, на вашихГробницах спать — с прижатыми рукамиИ устремив в пустые небесаСвои глаза, пустые тоже…ФамираКак?А сказка уж окончилась?.. Жалею…НимфаМне тяжело рассказывать — сойтиХотела б я, Фамира, с этой черной,Грозящей мне дороги…(Спуская фату, тихо.) Час насталИ нимфа полюбила. Грустный жребий.С Филаммоном спознались мы. ЕгоЗабыла я лицо. Но ты так яркоНапомнил мне мой брак — и эту ночьСреди соленых брызгов, и молений,И воющих валов, и шума сосен,Мой алый стыд и уступивших рукСцепленье и распалость.(Приоткрывает фату, сквозь которую сверкают теперь ее глаза, и приближаясь к Фамире, который смотрит на нее серьезно и с недоверием.)Предо мноюИ ты, и он слились…Глаза вас разнят…Тот покорял, тот требовал, а тыРожден, чтоб быть безрадостно любимым,Пленять, как сон, и ускользать, как тень.Фамира(встает) Заря сравнялась с небом. Вижу солнце,И золото слепит меня. О нетЯ отойду… Иль пойте глуше, струны!(Отходит.) НимфаИ девять лун безрадостных потомДевический я распускала пояс.Родился сын. Опять чернела ночь.Их только две таких бывает нимфам.Я мучалась одна — в лесу — и этоПоследнее, что помню я.(Странно смотря на Фамиру и загадочно улыбаясь.)
