Стены белые покинув,И знобимы, и палимы,В царство снежных исполиновВсе полями — долго шли мы.Неба зной, полей роса лиВ нас желанья не слабели.Или даром побросалиНа рабынь мы колыбели?Что в палестрах, что на пашняхДуш мы гневом распалили!Что оставили домашнихАлтарей без свежих лилий!Но безумьем пораженныхМанят дальние дубравы,Луговин завороженныхТмином пахнущие травы.Манят в дальнем фимиаме,Озаренные луною,Перевитые цветамиТравы, полные росою.Вакханка(увидев Нимфу) Гей… женщина! Не с нами разве ты?НимфаВакханки вы. Я бога чту другого,Его спокойно кудри разлиты,Глубокие глаза глядят сурово.ВакханкаОн не играет, бог твой?НимфаЧто за бред!Играет — с кем?ВакханкаС тобой; как наш, как Эвий.НимфаКак лебедь, прям он в радости и в гневе,И тонок абрис губ: он — кифарэд.ВакханкаА храм его, жена?НимфаОн в этом доме.ВакханкаИ спит он здесь?НимфаОдин, и на соломе.ВакханкаВот дивный бог! Он не любовник твой?НимфаНет, только сын…ВакханкаИ бог, и сын… Ой, ой!У женщины, как я…НимфаТы полагаешь?ВакханкаА кто же ты, жена, коль не такая ж?НимфаЯ — нимфа гор!ВакханкаНебесная, прости!И, как сейчас, всегда тебе цвести!Но объясни нам, если только смеемМы, нимфа, знать, какой же бог лелеемТобою здесь? И если сын, емуТы молишься зачем же, не пойму.НимфаТы не поймешь меня, безумной, точно.Ты бросила ребенка — я нашла,Ты факел свой затеплишь полуночныйЯ свой сожгла, менада, весь сожгла…ВакханкаРебенка ты нашла? Да где ж ребенок?НимфаОн рос один — печален, прям и тонок,И звал меня, а я была в бреду,И сердце спрятал он, — я сердца не найду.ВакханкаХоть назови его.НимфаЕго ФамираЗовут, меня зовут Аргиопэ.Вакханка(склоняясь перед Нимфой) О нимфа гор! Фамире надо мира:Он сердцем чужд и играм, и толпе…НимфаТы видела Фамиру?ВакханкаЯ слыхала,Как он играл, я слушала, таясьЗа перьями резного опахала,И за слезой вослед слеза лилась,Так сладостно лилась и неустанно,Но медленно и из закрытых глаз,Как в забытьи в полночный часВода разбитого фонтана.<p>СЦЕНА ШЕСТАЯ</p>Как-то незаметно среди вакханок появляется мужчина странного вида. Это старый сатир с очень румяным лицом, полный, почти тучный, седой и с начесами курчавых волос на небольших рожках, которые сатир, видимо, прячет. Вид у него очень скромный — существа давно и безвозвратно остепенившегося. Смятение вакхического хора скоро сменяется любопытством при виде смущенных улыбок старика в козлиной шкуре и с узловато-косматыми, но вовсе не воинственными руками.
Силен(раскланиваясь) 
