Когда вагончик приехал, часть Миротворцев вышла, а остальные стали меня выводить. В глаза бросилось высоченное сооружение с маяком на крыше здания. Так же огромные ворота и лестница, ведущая к ним. На лестнице находились ноксианские войны и часть пойманных людей. Вот только меня повели не туда, а к тому разукрашенному педику, что получил от меня пощечину. Рядом с ним находилась мускулистая женщина, если это можно назвать женщиной. Темно-коричневая кожа, вьющиеся черные волосы с сединой. И в боевом наряде, который состоит из коричнево-черной одежды со вставками из золотых и красных нитей, красной ткани, обернутой вокруг ее рук. И золотые наплечники. Ещё ее лицо украшали шрамы с нарисованными красными полосками под глазами.
— Это он? — спросила сама Амбесса Медарда у стоящего рядом с ней гея.
Стоящий рядом с ней педик в доспехах только и мог кивнуть, так как пол-лица его заплыло синяком и опухло. Меня же, смотря на него, пробивало на поржать, не выдержав, я оскалился.
— Смешно? Смейся, пока можешь, заунское отродье. Скоро мы вас всех переловим. — произносит она.
Кое-как выдержал и не стал с ней болтать, но так хотелось ее попугать черной розой, про которую я вспомнил, смотря на нее. Но опять же меня бы не потащили дальше, а увели бы в пыточную, куда мне не надо, так что держись, Рин, и молчи. Видимо, не понравилось мое молчание, так как я получил несколько ударов в живот от педика и упал к ее ногам, делая вид, как мне больно. Нет, больно мне было сразу после удара, но после все проходило, а вид делать надо.
— Увести. — даёт она приказ.
Подхватившие меня стражи стали меня оттаскивать, постепенно ставя на ноги, чтобы я шел сам. Ну что же, на входе пробка из желающих попасть в тюрьму рассосалась, так что идём быстрее. Наверно, стражи удивились, когда арестованный, вместо того чтобы упираться, стал быстрее идти в саму тюрьму. Но краем уха я слышал, что сказала Амбесса своему подчиненному.
— Странный он. Как разберемся здесь, в допросную его. Выбьем из него все, что он знает. — сказала она.
Мы же зашли в гостеприимно открытые ворота тюрьмы. Пройдя вглубь, нас встретил, видимо, местный надзиратель или охранник, да хрен знает, кто он. Но он сидел за огромным столом высотой мне чуть ниже плеча и был прям жирным гигантом с большущей обвисшей жировой складкой под подбородком. Нависающим над заключёнными. И все это было упаковано в форму. Посмотрев на меня, он взял бумагу у сопровождающего и кивнул на двери, за которыми оказался коридор с лестницей, ведущий к лифтам. Заведя меня внутрь, лифт стал спускаться вниз.
Выйдя из лифта, меня повели прямо по коридору, мимо закрытых камер. Я же вертел головой влево-вправо, ища глазами Ишу. Пройдя очень далеко по коридору, я резко встал, повернувшись к камере. Не ожидавшие такого маневра охранники сделали несколько шагов вперед, а тот, что шел сзади, врезался в меня. Прописав мне по почкам, из-за чего я только поморщился, но не сдвинулся с места.
— Давай, иди вперед. Живо, а то получишь. — заорал один умник на меня.
— Мне сюда. — говорю я, кивая на камеру. В которой сидела Иша рядом с алхимиком. Увидев меня, она опустила голову.
— Слушай сюда, урод, ты явно не понимаешь, где ты находишься. — начинает говорить один индивидуум. Но замолкает, когда я на его глазах ломаю наручники, которые сковывают меня, и скидываю их вниз, разминая запястья.
— Открывай. — говорю я, делая шаг ближе к камере.
Двое хотели уже меня ударить, когда остальные их остановили.
— Открой ты ему эту чертову камеру. — сказал, видимо, старший.
Индивидуум нехотя сходил до охранного пункта и открыл камеру. Я сделал шаг внутрь. Решетка тут же захлопнулась. И мы остались один на один с алхимиком, не считая Иши и нескольких сокамерников. Усевшись у решетки, я стал смотреть на алхимика, тот не отводил взгляд.
— Узнал? — спросил я.
— Что ты хочешь? — как-то спокойно говорит он, сжимая кулак с которого редкими каплями капала кровь.
— Да так, зашёл поздороваться. Узнать, как там твоя дочка. Вылечил ты ее болезнь или нет? Мне же интересно. — говорю я, и с каждым произнесённым моим словом он немного дёргается. — Смотрю, ты нашел сердце для Вандера. И привел его сюда.
Он молчит, склонив голову.
— Что, даже не удивлён, что я жив? Даже как-то обидно, знаешь ли. — говорю я.
— Я подозревал это. Ещё тогда. Ты слишком сильно наследил. Правда я засомневался когда от тебя не было ни слуху несколько лет, но когда пошли слухи о демоне бродившему по Зауну и убивающий грешников, я был уверен, что это ты. — сказал алхимик.
Сокамерники же были в шоке от нашего разговора. А когда алхимик сказал, что я демон, стали отползать от меня, забиваясь в угол. Я же посмотрел на Ищу, которая старательно делала вид, что ее здесь нету, но при этом внимательно слушала.
— Ну а ты что скажешь? — спрашиваю я у Иши.
Та стала махать руками, из ее жестов я понял, что в произошедшем она себя виновной не считает. И каяться не будет.
— Ну это понятно, я, кстати, тебя ни в чем не обвиняю, вот только Джинкс будет зла, и дома нас ждёт трепка. Ещё и ужин пропустили. — говорю я.
