— Смерть нельзя победить! Смерть и жизнь — это две стороны одной медали. Без смерти не будет и жизни. Ведь зачем бессмертному существу заводить детей? Да и тело человека не рассчитано на бессмертие. Я где-то читал, что сердце человека имеет ресурс на сто пятьдесят лет. Но люди живут меньше сотни лет. Так что если вы победите смерть и человек не будет умирать, то жить в дряхлом теле никто не захочет. А значит, надо победить ещё и старость. — Произнёс чуть нервно я.
— С твоей помощью я добьюсь своей цели. — Сказал он и вновь мне вколол зелёный успокоин.
Засыпая, я думал, всё же если он найдёт то, что держит меня в живых, и вырежет это, я умру или восстановлюсь? Всё-таки умирать мне не хочется. Но додумать не успеваю, так как плавно проваливаюсь в глубокий, насыщенный галлюцинациями и моими страхами сон, который оканчивается, когда я проваливаюсь в темноту.
Хотелось бы сказать, что он нашёл то, что искал, и отпустил меня, но нет. Он резал меня, колол всякую дрянь, отрезал конечности и пришивал их другим подопытным, переливал из меня кровь. Пришивал части людей ко мне, которые не приживались и отмирали. В общем, делал всё, что ему заблагорассудится. Как-то раз я попросил покопаться у меня в мозге в надежде, что он достанет пулю, которая блокирует мои эмоции. Это были непередаваемые два часа ощущений боли и страха, когда тебе вскрывают черепную коробку и ковыряются в мозгу. Как будто черви ползают у тебя в голове и поедают мозг, ты постепенно теряешь контроль над телом, вестибулярный аппарат даёт сбой, всё кружится, а глаза закрыть не можешь, так как жёстко зафиксирован и потому что этот гад вколол какую-то гадость, но не которая тебя усыпила, а просто парализовала. Наверно, отсюда берёт начало моё лёгкое психическое расстройство. Хотя я в этом не уверен, крыша моя потекла ещё раньше. Наверно, даже раньше, чем тогда, когда я попросил его покопаться у меня в голове. Пулю он так и не достал и с интересом рассматривал мой мозг, попутно проводя свои опыты.
Шло время, шли и эксперименты, иногда я просыпался в аквариуме, в какой-то вязкой жиже, с трубками в горле, иногда на столе, надёжно зафиксированным. Помещение менялось, иногда я видел тело Вандера, подвешенного на цепи. Он никак не менялся, просто висел подвешенный за крюки с трубками. А алхимик всё искал и искал, но не находил своё лекарство от смерти. Иногда он со мной болтал, видимо, и ему бывало скучно в этой темнице. У нас даже зашёл разговор про души. Когда он опять потерпел неудачу с очередным экспериментом с моими кусками тела.
— Смею предположить, профессор, что это свойство души восстанавливать тело к исходному состоянию, а не физическая составляющая. — говорю я, лежа на хирургическом столе.
— Я не верю в мистику! — проговорил он, вновь вырезая мне сердце из раскрытой грудной клетки. Не знаю, какой раз он проделывает этот фокус, хотя прекрасно знает, что это ничего не изменит и он не успеет с ним ничего сделать, как у меня отрастет новое.
Так и произошло, так как через минуту-другую я очнулся и продолжил.
— Мистика? А при чём тут мистика? Наличие души — это научно доказанный факт. Она даже имеет вес.
— И как же этот факт доказали? — Не заинтересовался гад. А просто сказал, чтобы поддержать беседу.
— О-о-о, да довольно просто, брали добровольца, укладывали на точные весы и вводили лошадиную дозу снотворного. После того как подопытный засыпал и переставал дышать, фиксировали вес и ждали шесть минут и вновь фиксировали вес. Разница составляла от трёх до пяти грамм. — Честно говоря, я только слышал об этом и даже не представляю, как этот опыт проводили в реальности.
— Любопытно, и где проводили такой эксперимент? — произнес алхимик.
— Ну явно не здесь, это как бы не гуманно. — интересно, а где бы это было гуманно?
С того разговора прошла неделя, которую алхимик со мной не разговаривал. Хотя поиски продолжались. Он даже отпилил мне голову, после того как я вслух порассуждал о том, что отрастает голова или тело, или оба варианта сразу, и меня станет двое. А как будет делится сознание или я скопируюсь. И где находится душа, в голове или в теле? А может вообще в животе, как думали некоторые индивидуумы. После эксперимента с отрезанием головы было выявлено, что вырастет голова, причем растет не очень долго по моим меркам, где-то четыре часа. И похоже мой мозг вообще не отвечает за воспоминания, так как с новой головой я не заметил утери воспоминаний. После он начал меня резать на разные части и смотреть, какая восстановится. Выяснилось, что душа кочует из одной части тела в другую. Смотря какая часть будет больше, та и восстановится. Ещё было неприятно смотреть на свою отрезанную голову в спирте, с перекошенным от боли лицом. М-да, зато стричься не надо, так как отросшая голова была без волос, бровей и ресниц. Моя голова, кстати, стояла рядом с головой блондина, который убил меня на заводе.
