Устремив свой взор сквозь толщу пространства, я смутно угадывал силуэт переливающегося шарика воспоминаний. Я стал идти в его сторону, и чем ближе я подходил, тем больше он становился. Приблизившись к шару, я не спешил в него заходить, он был странный. Переливался всеми красками, смешивался и постоянно менялся. Как будто кто-то взял радугу и скрутил в клубок. Прокрутив в своей голове воспоминания и не найдя пробелов, пришел к мысли, что это мое тело так обозначено. Ну либо я не знаю, что это такое. Ещё немного поразмышляв, все же рискнул дотронуться до этого шара. Выбираться-то надо. Сделав шаг, я оказался вплотную к нему, и, протянув руку, я коснулся его. Шар тут же втянул меня в себя, и я оказался на полу в позе эмбриона. Вот же меня кроет.
Осмотревшись, пришел к выводу, что я всё там же, в камере, но были и отличия. На стене прибавилось чёрточек. Волосы достигали уже лопаток, я стал выше, и меня не колотило, руки не тряслись. А мысли не скатывались к мерцанию, и я перестал ощущать сжимающуюся пружину. Присев на полу и подогнув колени, стал прислушиваться к своему организму. Но никаких негативных ощущений я не чувствовал. Вот только слух и обоняние усилились. Я стал слышать, что происходит за дверью, разговоры моей охраны. Странно, что у меня есть охрана. Одна была девочкой, другая — женщиной средних лет. Это было понятно по их голосам и разговору.
— Мама, он сегодня очень тихий, нам не надо доложить об этом? — интересуется девочка.
— Нет. Через час нас сменят, там и скажем. — говорит женщина.
И опять тишина, только шелест перелистывания страниц да дыхание двух человек за дверью. Вернувшись к своим ощущениям, стал нюхать воздух. Мда, помыться мне не помешало бы, воняю, как выгребная яма. Встав, начал осматривать себя. Люблю я это дело, особенно после каждой передряги, осмотреть себя на наличие хвоста или рогов не помешает. Всегда что-нибудь новенькое нахожу. Вот сейчас был в этом плане немного разочарован, ведь я ничем особо не отличался от себя прежнего. Стал только старше, даже пушок на подбородке появился, брови с ресницами на месте. Выгляжу лет на двадцать. Странно, что волосы так коротко отрасли за такой срок моего пребывания здесь. Также радует зрение в темноте, по крайней мере, я вижу лучше, чем тогда, когда попал сюда. Видимо, организм приспособился. Плюнув на пол, решил понаблюдать за кислотностью моей слюны. Пол не разъедало. Когти на месте, стена все так же крошится под ними. Даже силы никуда не делись, а даже как будто увеличились.
Через час сменились мои охранники.
— Ну что, как он сегодня? Пытался выбить дверь? — с интересом поинтересовался веселый подростковый голос.
— Нет, в том-то и дело, что сегодня он необычайно тих. Так, только стену поколотил и всё, не пел, не шумел особо. — Заговорила женщина. — И это меня пугает больше, чем его попытки выбить дверь.
— Ясно. Ну что, заступаю на пост. — Проговорил подросток.
— Давай, давай, а мы пойдем отсюда. Замуровали бы его, да и дело с концом. — Пробурчала женщина.
— Ой, не начинай, пожалуйста, сколько раз я это слышал. — Возмутился парнишка.
Женщина с девочкой ушли, а парень остался. Первое время он просто сидел, а потом, видимо, начал читать, ещё и закурил, гад. Мне аж чихать захотелось от запаха его табака. Чуть позже пришел ещё один мужчина, он чем-то брякал, но мне было неинтересно, я в это время отжимался, пытаясь понять свою выносливость. Правда, это мне уже надоедало, так как я уже дошел до ста тридцати двух отжиманий, а усталости или какого-либо напряжения, кроме морального, не почувствовал. Сбылась мечта идиота, который всегда мечтал быть сильным, но при этом ничего не хотел для этого делать. Всего-то и надо было, что пережить четыре года экспериментов и неизвестное количество времени в кромешной темноте. Культиватор от бога. Пришедший мужик, поговорив с охранником, вместе подошли к моей двери.
— Ну что, на счёт три открывай. Раз. Два. Три. — Произнес мужик.
Лючок в низу двери открылся, и в карцере появился свет, по полу на палке засунули поднос с едой. Это была варёная кукуруза с кусками варёной рыбы. Они что, издеваются? Другой еды что ли не знают или эта по бросовой цене? Что за диета такая?
— Он, поди, сдох? — Сказал пришедший.
— Да не, сейчас палку дернет, я тебе отвечаю. — Говорит парниша.
У меня была такая мысль, но после его слов я передумал. Медленно встав, стараясь издать меньше шума, я потихонечку подошел к двери. Резко упав, просунул руку в окошко, пытаясь ухватить кого-нибудь. За дверью все стихло. Пошарив рукой, я ничего и никого не нашел, только палка, которую резко вытянули. Я не препятствовал, шарясь рукой по двери.
— Я же тебе говорил, выжидал, гад. А ты сдох, сдох. Эту тварь хрен убьешь, а мы пробовали. Его часа четыре жгли, а ему хоть бы хрен. Живехонек. — Со злостью сказал охранник.
