Решив пощупать толщину двери, взялся за край окошка. Воткнув ногти в мягкий металл, потянул на себя, за дверью заматерились. Окошко захлопнулось, еле успел убрать руку. С кусочком металла в пальцах. Поняв его до состояния шара, кинул об стену. Взяв отскочивший блин от стены, снова смял до состояния шара. М-да, из чего у них дверь сделана? Из пластилина что ли? За дверью слушались переругивания. Потом все стихло, один куда-то убежал, второй остался. Через некоторое время пришло много народу. Обсуждали, смогу ли я выбраться, и что будет, если я выберусь. Никто пока не угадал. Я-то ведь знаю, что буду делать, а они нет, ведь они не я. Ни к чему не придя в своих рассуждениях, так и ушли. Сказали только, чтоб больше не кормили меня, вот и всё. Видимо, подумали, что изнутри я дверь сломать не могу.
Поев, решил проверить силу удара, начал бить по стене со все нарастающей силой. Боли не было, а вот камень начал крошиться. Ударив со всей силы, получил вошедшую руку по локоть в стену и упавшего охранника за стеной. Вытащив руку, недоуменно осмотрел ее, ни хрена я сильный. Заглянув в отверстие, увидел только расколотую породу. Что же, мне стоит здесь задержаться, надо учиться контролировать свою силу. Как проголодаюсь, так и выйду через дверь или через стену. В общем, начав эксперименты, я начал с ударов по стене. Камень сыпался, ломался, я учился и смеялся. Всё же я не совсем адекватен.
Кормить меня перестали, но, как ни странно, я не был голоден. Охрана, как выяснилось, менялась каждые четыре часа. Так что не кормят меня уже месяца три. Почему я ещё не вышел? А черт его знает, не хочу, вот и всё. Я даже с охраной не стал говорить, хоть они пытались. Ведь, оказывается, я тут пел, пока был без сознания, вот и подходили, пытаясь уговорить меня спеть. Петь я не хотел, да и в голову приходила лишь одна песня группы «Король и Шут» — «Проклятый старый дом». Но я молчал, и просители уходили несолоно хлебавши. Силу контролировать я научился только к концу второй тридцатидневки. И то периодически забывался и сминал железный шарик. По прошествии еще трех тридцатидневок я решил выйти. Решение было спонтанным, вернее неожиданным было услышать голос Экко. Который и привел меня к такому решению. Я даже захотел немного пошутить, начав петь вполголоса:
В заросшем парке стоит старинный дом,
Забиты окна, и мрак царит извечно в нём.
Сказать я пытался: «Чудовищ нет на земле»,
Но тут же раздался ужасный голос во мгле.
Голос во мгле.
Я дожидался подхода Экко к двери. Ведь он не мог не подойти поинтересоваться, чего это я полгода молчал, а тут запел. И как только он подошёл, я стал бить по двери с все нарастающей силой. Вбивая свои руки в мягкое железо двери.
Мне больно видеть белый свет, мне лучше в полной темноте.
Я очень много-много лет мечтаю только о еде.
Мне слишком тесно взаперти, и я мечтаю об одном:
Скорей свободу обрести, прогрызть свой ветхий старый дом.
Проклятый старый дом.
А как только пропел припев, я проткнул пальцами дверь и порвал ее вверх. Засунув голову в образовавшуюся щель, с дикой улыбкой проговорил:
— А вот и Джонни!
Я смотрел в спину убегающих людей. Это был Экко с Вай в красной куртке и ещё с какой-то длинноногой девкой с тёмными волосами. Чёрт, всё же не пропустил события, да уж, надеялся, что без меня всё закончилось. Просунув руку в пролом, стал шариться и искать засов. Пока я открывал дверь, подоспели охранники и с ходу начали кидать в меня какую-то гадость. При взрыве которая образовывала кристаллы. Решив не сопротивляться, был облеплен полностью этой гадостью. Даже услышал облегчённый вздох. Интересные ощущения, попробовав пошевелиться, понял, что влёгкую выберусь, что и осуществил. Выбравшись, начал делать манёвры уклонения и опять заметил, что я быстрее, чем охранники. Бегая среди ребят и вырубая их, я старался их не покалечить. Что у меня пока получалось. Не зря учился контролировать силу. Некоторые попадали под перекрёстный огонь кристальных гранат и застывали в причудливых позах. Повырубив всех своих оппонентов, поспешил вперёд, с ветерком проносясь по коридорам. Хотя я даже не помнил, как мы сюда пришли, вернее, какой дорогой, видимо, это было очень давно.
Стиллуотер Холд, сороковой этаж. И снова карцер, как банально. Но оно того стоило. Вчерашний день был просто праздник для меня. Когда я увидела шестерку Силко, у меня прям внутри все загорелось. Столько злости и ненависти, что, не дожидаясь конца обеда, я направилась прямиком к нему, не выпуская поднос из рук. Выражение его лица, когда он меня заметил, это непередаваемое удивление и страх. Зарядив подносом по его лицу, я не останавливалась, била, пока меня не оттащили. Разбить морду этому ублюдку было поистине райским наслаждением. И вот я снова здесь, в этой камере, за столько лет я с ней сроднилась. Скольких я избила, а сколько хотели меня прирезать. Ну да ладно, меня не скоро выпустят отсюда. Так что не буду расслабляться.
