– Из аварийной рубки поступила информация, что пробитые отсеки изолированы и в них начался ремонт. Пассажиры должны оставаться в своих каютах или там, где находятся сейчас, и ни в коем случае не передвигаться по кораблю. Члены экипажа делают свое дело, вы будете им мешать. Это все.
К ним приблизился человек в скафандре со складными носилками.
– Меня послали из аварийной рубки, док, – сказал он. – И передали сообщение для вас.
Он достал из кармана сложенную узкую полоску бумаги и вручил Дону. Это был распечатанный компьютером список мест, где находились раненые, сведения о которых поступили к этому моменту. Дон взглянул на лежащего.
– Этого человека следует доставить в лазарет, – сказал он. – Но один вы не справитесь с носилками…
– Я могу помочь, – сказала девушка.
Дон тут же согласился. Девушка была молода и сильна и вполне могла справиться с этой работой.
– Хорошо, – сказал он. – Если можете, останьтесь с пациентом в лазарете.
– Как насчет меня, док? – спросил парень в скафандре.
– Принесите носилки назад. Я буду около отсека восемьдесят девять-Эйч-Эй. Постарайтесь на обратном пути найти себе кого-нибудь в помощь.
Человек в отсеке 89-НА был мертв. Как и двое следующих в списке – пассажиры, супружеская пара. Холод космоса – убийца, не знающий пощады. Но были и уцелевшие в отсеках, которые разрушились в последнюю очередь, – воздух уходил из них достаточно медленно, и люди успели спастись. Дон выводил их из шокового состояния и обрабатывал лопнувшие сосуды и незначительные ранения. Таких было не много по сравнению с количеством погибших.
Дон бинтовал обмороженные руки, когда из громкоговорителя раздалось объявление:
– Лейтенанту Чейзу явиться с докладом в рубку управления. Собрание офицеров.
«Очень маленькое собрание», – грустно подумал Дон.
Он окинул взглядом немногочисленных пациентов лазарета. Они уже успокоились. Некоторые спали. Молодой парень, который помогал Дону, убирал носилки на место.
Дон окликнул его:
– Рама, присмотришь за ними, пока я схожу в рубку?
– Без проблем, доктор. Я вас вызову, если кто-нибудь из них забеспокоится.
Рама Кузум служил помощником механика, но мечтал стать врачом. Он откладывал часть своего заработка, чтобы поступить в медицинский колледж у себя на родине в Индии. В свободные часы он помогал Дону, стараясь запомнить как можно больше всего.
Некоторое время назад из аварийной рубки сообщили, что пробоины заделаны и скафандры можно снять. Но у Дона не было времени переодеться. Теперь он с удовольствием вылез из душного скафандра и быстро ополоснулся, прежде чем надеть чистую корабельную форму.
Он повторил свой недавний путь в рубку управления, но сейчас все двери были открыты. Шагнув на ступени, ведущие на палубу А, он обнаружил, что поручни холодны на ощупь, а металлические стены покрыты капельками сконденсировавшейся влаги. Однако они должны были достаточно быстро согреться, а влага – испариться.
Тела из рубки унесли. Метеоритная пробоина в полу была заварена тяжелой металлической плитой. Кто-то, видимо, пытался восстановить радиостанцию – ее части были разложены вокруг на полу. Сначала Дон решил, что в рубке никого нет, но потом услышал покашливание и увидел человека в кресле пилота. Это был главный инженер Хольтц.
– Входите и закрывайте дверь, – сказал тот, обернувшись и заметив Дона. – И садитесь, лейтенант, у нас есть о чем поговорить. – Хольтц указал на ворох бумаг, зажатый в руке. Выглядел он удрученным.
Дон опустился в кресло, ожидая начала разговора. Это было долгое ожидание. Ссутулившись, Хольтц медленно перелистывал бумаги, словно искал ответы на мучившие его вопросы. Он был уже немолодым человеком, а теперь казался еще старше из-за ужасных событий последнего часа. Под глазами набрякли черные мешки, кожа под подбородком обвисла складками.
– Все очень плохо, – сказал он наконец.
– Что вы имеете в виду? – спросил Дон, подавляя нетерпение. Хольтц был старшим по чину офицером и теперь автоматически принимал командование кораблем.
– Только посмотрите. – Он сердито потряс бумагами. – Все офицеры мертвы, кроме нас двоих. Как такое могло случиться? Плюс ко всему, этот летящий кусок камня разрушил наше радио, которое уже не восстановить. Спаркс собирает аварийный передатчик, мощность которого будет ограничена. Но дело в другом. Через этот район не проходят маршруты кораблей, которые могли бы оказать нам помощь. Почти половина нашей воды испарилась, утекла в образовавшуюся дыру. Ужасно!
Дон почувствовал, что должен что-то сделать, чтобы прервать перечисление несчастий.
– Это плохо, сэр, но это не конец корабля. Смерть капитана и других – трагедия, но мы должны выжить без них. Мы можем вести корабль. Он держит верный курс, и когда мы приблизимся к Марсу и установим связь, нам навстречу вышлют спасательную команду. Корабль герметичен и исправен. Мы сделаем это. Вы можете рассчитывать на любую помощь, которая в моих силах. – Он улыбнулся. – Мы должны выкарабкаться, капитан.
– Капитан? – Хольтц вскочил с кресла.
– Разумеется. Вы старший офицер, и звание капитана автоматически переходит к вам…
