"Фиалка”, грузопассажирская ракета, обычно ждала трансзвездный лайнер за орбитой пятой планеты системы Севана.
И на этот раз все было как обычно. Транслайнер “Варшава” материализовался в точно установленном месте, опередив график выхода в трехмерное пространство на одну минуту. Капитан “Варшавы” тотчас же послал в эфир свои координаты. Но “Фиалка” с помощью радаров уже засекла появление лайнера и, набирая скорость, мчалась к нему.
В командирском отсеке “Фиалки” царило оживление. Не так часто корабли Земли появлялись в окрестностях Севана. Теперь. будут новые приборы, оборудование, которого всегда не хватает физикам, биологам, археологам и инженерам Отшельника. Будут новые статьи, новая информация.
Будут часы, проведенные в обществе людей, совсем недавно ходивших по Земле.
События этих нескольких часов будут неделями рассказываться там, на Отшельнике. Экипаж “Фиалки” с трудом будет отбиваться от приглашения на чашку кофе в каждый коттедж Центральной станции. На каждой из двадцати баз вдруг срочно для проведения непредвиденных работ потребуется кто-нибудь из экипажа корабля. А их всего трое.
Командир “Фиалки” — Свен Томсон. Его помощник — специалист по кибернетическим устройствам Николай Трайков. И связист — Генри Вирт.
Глядя на вырастающий на глазах шар “Варшавы”, Свен Томсон потряс огромными кулаками и сказал:
— Когда вижу его, хочется убежать на Землю. На Отшельнике это проходит. А здесь с трудом сдерживаю себя, чтобы не написать рапорт.
– “Его зовет и манит Полярная звезда”, - тонким дискантом пропел Николай Трайков. — Никуда ты с Отшельника не сбежишь. А Анитта…
— Ни слова дальше, Ник, — загремел Свен.
— Молчу, молчу, молчу. Только не надо подавать рапорт.
— Я забыл на Отшельнике голубую светящуюся рубашку, — испуганно произнес Генри. — Оза снова все перепутала.
— Что ты?! — гробовым голосом сказал Николай. — Это же катастрофа!
— Тебе шутки, а я говорю серьезно. В кают-компании все будут в светящихся рубашках, а я…
— Возьми мою, — предложил Свен.
— Твою? — удивленно переспросил Генри, уставившись на широкоплечую высокую фигуру командира. — Но ведь мне нужна не ночная сорочка.
— Как хочешь, — спокойно сказал Томсон и вдруг крикнул: — Осталось три минуты! Долой этикет, тем более что мы его никогда не соблюдали…
— Привет отшельникам! — прозвучал из динамиков голос командира “Варшавы”. — Как дела с цивилизацией? Что-нибудь получается?
— Отлично! — крикнул в ответ Томсон. — Ничего нельзя в ней понять. А все ли готово в кают-компании? Чем удивит нас шеф-повар?
— Экипаж “Фиалки”! — раздался громкий голос. — Приготовиться к всасыванию.
— Готовы, — ответил Томсон.
— Даю отсчет. Десять, девять… ноль.
Громадный борт транслайнера заслонил весь обзорный экран “Фиалки”, приблизился вплотную и в следующее мгновение, раздвинув металлокерамическйе плиты, втянул ракету внутрь. Плиты сомкнулись. “Фиалка” лежала на специальной платформе в грузовом отсеке транслайнера.
Пространство вокруг ракеты осветилось яркими огнями.
К платформе бежали люди, казавшиеся муравьями в этом огромном зале. Массивные фигуры киберпогрузчиков пришли в движение.
Томсон нажал клавишу. Сейчас двадцатиметровые створки “Фиалки” разойдутся в стороны и киберпогрузчики начнут загружать емкое брюхо ракеты.
— Разрешаю выход, — раздалось из динамиков.
Все трое, обгоняя друг друга, кинулись к подъемнику и через минуту уже стояли на платформе, жмурясь от яркого света.
— Ну как у вас дела на Земле?
Отшельники даже не воспользовались трапом. С двухметровой высоты платформы они, не раздумывая, бросились вниз, в дружеские объятия людей, только что прибывших с Земли.
Какое имело значение, что эти люди никогда ранее не видели друг друга!
Вопросы, сложные, простые, нелепые, высказанные с тревогой, с любопытством, с юмором, сыпались со всех сторон.
— У вас сейчас зима?
— Зима.
— Почему зима? У нас лето.
— А-а-а. Понятно. И зима и лето сразу. Здорово!
Смех. Оглушительные похлопывания по спине. Рукопожатия.
— Сколько микронакопителей привезли?
— Узнаешь, когда будешь подписывать ведомость.
— Пятьсот килограммов писем. Полтора миллиона приветов.
Они вышли из грузового отсека “Варшавы”, говоря сразу о тысячах различных вещей, понимая друг друга с полуслова.
В огромный подъемник лайнера все сразу не поместились. Поднимались группами. Ярко освещенные туннели уходили куда-то далеко вперед. В них можно было различить фигуры людей и ниберов. Люди приветственно поднимали руки, хотя вряд ли они видели, кто находился в подъемнике. Они просто знали, кто сейчас проплывал вверх мимо них. Киберы не обращали ни на кого внимания. У них не было времени размышлять над происходящим, у них было задание.
