— Опять планета? — нахмурился я.
— Планеты — моя специализация, — гордо заявил Бурбакис.
— Не обременительно ли для вашего кошелька? — задал я мучивший меня вопрос. — Ведь каждый опытный образец вы должны оплачивать из своего кармана. А это как-никак миллиарды миллиардов тонн породы, плюс обустройство, плюс накладные расходы по доставке на орбиту…
— Не хотите ли вы сказать, Шекет, что мои деньги добыты неправедным путем? — возмутился изобретатель.
— Нет, — смутился я. — Просто мне интересно, как некоторым удается… в то время как другие едва-едва сводят…
— Другие — это, конечно, вы, — хмыкнул Бурбакис. — Знаю, знаю: в Патруле времени вы даже на приличную пенсию не заработали, я уж не говорю о вашем увлечении оккультными науками — это был чистый убыток!
— Вы неплохо осведомлены о состоянии моих дел, — язвительно сказал я. — Откуда информация, если не секрет?
— Из Мировой сети, разумеется, — пожал плечами Бурбакис. — Кстати, о величине моего состояния вы тоже могли бы узнать из Сети, если бы удосужились навести справки.
Мысленно себя обругав, я немедленно вывел на пространственный экран информацию о финансовых делах господина Игнаса Бурбакиса. И что я увидел? Родился будущий изобретатель в бедной семье переселенцев, прибывших в 2057 году на планету Бирумборак в системе НД 87377: в годы моей юности это была планета для бедных. Тот, у кого были деньги для приобретения земли на планетах Веги или Альтаира, конечно, даже левым глазом не смотрел в сторону таких миров, как Бирумборак, пустых, плоских, без малейшего признака полезных ископаемых. Земли на Бирумбораке правительство раздавало, как социальное жилье в конце XX века. В общем, могу себе представить, как прошло детство моего клиента — врагу не пожелаю.
Однако в 2081 году все изменилось. Совершенно неожиданно в недрах Бирумборака обнаружили залежи никому до того времени не нужного минерала исраскина. И практически одновременно Иосиф Кандель открыл свой принцип межзвездного скачка, для которого исраскин необходим так же, как бетон — для возведения качественных палаток на ураганных планетах. И все жители Бирумборака в одночасье стали очень богатыми людьми. А семья моего клиента Бурбакиса оказалась едва ли не самой богатой из всех, потому что именно под ее домом проходила главная жила исраскина — что такое золото по сравнению с этим суперблагородным металлом!
Впрочем, будь у юного Бурбакиса мой коммерческий талант, он живо промотал бы родительское наследство. Однако Игнас оказался парень не промах — он даже и не подумал продавать свою недвижимость. Напротив, он укрепил дом, поставил перед дверью ракетную установку типа «земля-космос» и заявил:
— Собью всякого, кто посягнет на право собственности, даже если это будет крейсер самого президента Соединенных Штатов Земли.
Бурбакис стал лично добывать исраскин и продавать его космическим агентствам, назначая такие цены, что всем было понятно — в Бога этот господин не верит и верить не собирается.
Тогда же у Бурбакиса и появилось странное хобби — изобретать планеты. Должно быть, абсолютная бездарность того, кто конструировал его родной Бирумборак, подвигла молодого человека на создание миров, более интересных с точки зрения технического творчества.
— Ну что, Шекет? — ехидно спросил Бурбакис, когда я свернул изображение и вышел из Мировой информсети. — Убедились?
— С таким состоянием, — пробормотал я, — вы могли бы придумать себе более приятное занятие, чем конструирование планет. Возиться в пыли и лаве, когда можно…
— А сами вы, Шекет, хотели бы жить в Тель-Авиве и все дни просиживать штаны в офисе на набережной Яркон?
— Ни за что! — воскликнул я.
— Почему же вы думаете, что мне это должно нравиться? — огорченно спросил изобретатель. — Вы романтик? Я тоже. И мы могли бы неплохо сработаться. Жаль, что вы занялись такой… гм… нехорошей деятельностью, как экспертиза безумных изобретений. Будучи по одну сторону баррикады, мы могли бы…
— Изложите формулу вашего изобретения, — перебил я Бурбакиса, не желая обсуждать тему нашего предполагаемого сотрудничества.
— И не подумаю, — буркнул клиент. — Вы эксперт или нет? Сами и определите, чем моя новая планета отличается от всех прочих. Засиделись мы, пора в дорогу.
Мог ли я не принять вызова, брошенного моей проницательности?
Сутки спустя мы опустились на поверхность небольшой планеты, при виде которой у меня захватило дух: это была если не копия Земли, то ее улучшенный вариант. Леса, реки, облака, горы, водопады, моря, и главное — ни одного хищника, включая людей. Так по крайней мере утверждал каталог живых существ, врученный мне Бурбакисом перед посадкой. Я попытался обнаружить в каталоге хоть какой-то намек на то, в чем же состоит суть изобретения Бурбакиса, но не нашел — этот тип умел скрывать свои секреты!
— Скафандр? — сказал я, когда мы встали с кресел и приготовились к выходу на поверхность планеты.
— Еще чего! — возмутился изобретатель. — Здесь чистейший воздух. Дыши — не хочу.
— Почему не хотите? — с подозрением спросил я. — Почему я должен дышать, а вы — нет?
