На впереди идущем судне, нос которого украшала вырезанная из дерева, напоминающая череп мифического животного с загнутыми, как у барана рогами, стоял облаченный в дорогую пластинчатую броню, коренастый воин, всматривающийся в клубящуюся вокруг белесую дымку.
– Ты не ошибся, Вигдес? – как можно тише спросил он, обращаясь к стоящему рядом с ним товарищу.
– Нет, – послышался такой же тихий ответ, – монастырь должен быть здесь.
– От куда тебе это известно?
– В последнем походе, Эрик Рыжий, захватил караван. Купец, чтобы выторговать себе жизнь, рассказал, что в монастырь на хранение свозятся товары местные синьоры. Слишком не спокойно стало в землях франков. На прибрежные замки постоянно происходят нападения. Местная знать может покинуть их в случаи осады по подземным ходам, но унести с собой богатства не в состоянии. А кто, может подумать, что в бедной святой обители, могут находиться сокровища. Купец нарисовал подробную карту побережья и указал на ней место.
– И что же с ним стало? – поинтересовался Павел, – отпустил его Эрик?
– Конечно, – довольно правдоподобно изумился викинг, – наш ярл, хоть и был жесток, но всегда выполнял свои обещания. Купца отпустили на все четыре стороны, правда посреди моря и без лодки.
– Поразительное благородство, – усмехнулся Павел, – ну а что он рассказывал об охране?
– Купец сказывал, что охрана не значительная. Чтобы не привлекать лишнего внимания каждый синьор отправляет в монастырь не более пяти ратных людей. Так, что там не более двух десятков воинов. Да монахов около пяти десятков, но они не окажут сопротивления. Рядом правда село имеется, примерно в полтора десятка душ, но если крестьяне и окажут сопротивление, то подавить его будет легко.
– А об укреплениях, тот купец не сказывал?
– Почему же… Конечно сказывал. Стены каменные в три человеческих роста. По верху идет галерея под деревянной крышей. Ворота дубовые, обиты металлическими полосами.
– Серьезно, – почесал затылок Павел, – такую обитель можно долго защищать и малым числом. А если за подмогой послать, так и вовсе бояться не чего. Как думаешь?
– Риск, конечно, имеется, – спокойно ответил Вигдес, – ближайшее поместье находиться всего в пяти верстах. Но местный синьор трусоват. Вряд ли он придет на помощь. Скорее разошлет гонцов, а сам схоронится за крепкими стенами замка и будет ждать подмоги. Франки не нападают, если у них нет трехкратного перевеса в силе.
– Но все же взять стены будет трудно… – засомневался Павел.
– А на то, купец секрет один поведал. Каждое утро, монах с послушниками выходит в село и проводит там утреннюю службу. Ворота монастыря при этом остаются открытыми. Нам остается лишь подойти не замеченными как можно ближе и успеть ворваться внутрь, прежде чем их успеют закрыть.
В глазах Павла заиграли веселые огоньки. В кровожадном оскале обнажились ослепительно белые зубы.
– Если все окажется, как ты сказал, то получишь лучшую часть добычи, – пообещал он.
Вокруг, продолжала, царить тишина, нарушаемая лишь шумом прибоя. Даже птицы стихли, почувствовав приближение опасности.
Под днищем "драккаров" заскрипел прибрежный песок. Бородатые воины, числом не менее двух десятков, в полном боевом облачении, стали спрыгивать с высоких бортов на берег, и прямо в воду.
Осторожно, стараясь не переломить ни единой ветки, Павел продрался сквозь заросли кустов, плавным движением раздвинув последние ветки.
Солнце уже поднялось над пологим берегом. Пустая тропа поднималась вверх, скрываясь в травяной растительности прибрежной долины. Внезапно из-за пригорка послышался звон колокольчиков. Викинги замерли. На взгорке появился молодой пастушок, гнавший стадо на водопой. Ничего не опасаясь, парень уверенно шел по тропинке, подгоняя хворостиной ленивых животных и на ходу жуя хлеб с куском домашнего сыра.
Неожиданно он остановился, видимо разглядев в нависшем над рекой тумане мелькающий тени, которые словно спелые яблоки спрыгивали с громадных расплывчатых в белесой дымке темных силуэтов. Легкий порыв ветра слегка разогнал туман. У пастушка от ужаса расширились глаза. В образовавшемся просвете он явственно увидел скалящуюся звериную морду, выдающуюся вперед над высокими бортами неизвестных судов. На берег, сжимая в одной руке короткие мечи или штурмовые топорики, а в другой держа круглые деревянные щиты с металлическими набалдашниками в центре, выходили бородатые воины, которых знал каждый франк.
Опомнившись, парень развернулся, для того, чтобы пуститься в бегство.
– Нор…, – попытался крикнуть он.
Сухие щелчки, возвестили о спущенных тетивах. Сразу несколько стрел вонзились в спину пастуха, оборвав его на полуслове. Парень рухнул лицом вниз. Руки из последних сил сжали пучки молодой травы.
– Нужно было взять его живым, – угрюмо проговорил Павел, остановившись над мертвым телом, – да порасспросить, как следует…