— Должность предложили спокойную, а я по ранению не мог продолжать активничать, вот и согласился, но как видишь, дед, ни хера у меня спокойно посидеть не вышло, — прапор невесело усмехнулся и обернулся в сторону все еще стоящего на дороге танка. — Бля, ну не дебил ли… Я ж ему сказал, что б он с прострела сьебался…
— Знаешь, что, сынок, давай-ка ты со своей ротой, да с нами до Южного доедешь? А там уж и поговорим по-человечески? Я уж с тобой, на броне поеду. Женька, давай с Гогой, скажи Муратовским, чтоб двигали впереди, да дорогу показывали, — спокойно распорядился я, обернувшись к товарищам, но краем глаза замечая, что Попов даже как-то расслабленно выдохнул. Отпустило пацана. Как пить дать, отпустило. Видать, помотало его неплохо, да и роту тоже. Если, конечно, грузовики не забиты под верхушку бойцами, то от роты осталось с гулькин хер. В танке десантных нет, а в бэху максимум можно восьмерых затолкать. Дай. Боже, если от его роты хотя бы взвод остался…
Примерно так оно и было. Старшина пререкаться не стал, видать за спиной у него ничего и не осталось, если уж он так легко согласился. А уж на броне, усевшись рядом, он поведал весьма печальную историю. Так уж вышло, что всего их на задачу отправлялся батальон, причем полностью укомплектованный личным составом. Задача простая. Заехать в город, занять центр и окопаться. Естественно, что комбат тоже поехал с группой, взяв вообще всех. Медиков, связистов, тыловиков, заправщиков, короче, батальонная тактическая группа поехала вообще всем составом, что ошивался в части. В расположении остались только те, кто стоял в тот момент по нарядам. Даже подразделение антитеррора, и то поехало, причем в одной из головных машин. Пошли максимально не напряжно. По мирной же территории, чего им там боятся. Так что заезжали в город полноценной колонной… Попов, не будучи дураком, саботировал выезд своей роты. Да, получил по морде. Да, выслушал много нехорошего в свою сторону, но по итогу, его рота пошла в конце колонны и потому смогла вырваться из огневого мешка, который им устроили в городе. По информации с переговоров, группу, которая заходила первой, сожгли моментально. В головные машины сразу прилетело по пять-шесть граников в каждую. О других выживших, старший прапорщик не знает. Он своих-то ребят увез, в нарушение всех приказов, попросту заскочив на танк и заорав прямо в лицо командиру экипажа, чтобы уводил коробочку, пока по них не начали отрабатывать. В итоге, с боями, но рота вышла из города, потеряв от силы треть личного состава. Вторую треть они потеряли уже санитарными…
— Кто-то траванулся водой. Кого местные отравили. А кто радиации хапанул… Тут ж как. Когда мы свалили, решили сначала отсидеться. Я тогда с командиром роты нашел наиболее подходящую резервную позицию. Ну и встали мы на ней. А через пару дней, ночью нас беспилотник какой-то засек и давай отрабатывать. Благо, пацаны окопались по моему совету. Никого не посекло, но дрянь он какую-то скинул, однозначно. Хлопнуло слабо, мы еще тогда подумали, что не сработало, — Попов едва сдерживал слезы, часто моргая и с силой жмурясь. То и дело при этом нервно сглатывая. — А меньше, чем через сутки, половина наших начали кровью блевать. Тогда летеха, ну, командир второго взвода, залез в танк и приборку включил. Оказалось, что какая-то хрень в воздухе витает. Мы как могли погрузились и свалили. А потом… Потом те, кто блевали, прям на месте стали откидываться. Короче, мы даже похоронить их не смогли, штатный химик, как свой прибор расчехлил, так сразу сказал, что если мы их сейчас не скинем, то блевать уже будем мы…
Я лишь молча и с пониманием кивнул. Кидать тела своих товарищей, без должный почестей, это больно. Очень больно. И ведь, что грустно. Заразу, которую на них скинули, разрабатывали специально для поражения личного става, так как на оружии и элементах снаряжения, никакой дряни не было. Видать, чтобы противник потом мог его затрофеить. До чего же подлая война. Когда честный стрелковый бой уже ни черта не решает и в ход идет химия и вирусы.
— Осталось нас… Двадцать пять человек, — старшина печально отвернулся. — Назад нам нельзя, там совсем пиздец, вот и едем через области, подальше, в глубинку, авось сюда не долетело…
— Долетело, — вяло усмехнулся я. — Некоторые поселки под чистую стерло. Да и у нас тут замесы были. Отбились, вроде как. Но хрен его знает. Диверсанты еще по лесам ползают. Но вроде поуспокоилось все. В принципе, если не лезть куда не надо, то жить вполне можно. Вон, даже вроде производство какое по мелочи налаживается. Только это, чинить свои порядки тут не советую…
— Да какие нахер порядки?! — возмутился парень. — Из командования живы летеха, командир взвода, который танкист и старлей, командир взвода разведки, которому я ебало разбил. Все остальные максимум сержанты, но в основном рядовые и ефрейтора. Пацаны молодняк, практически без опыта. Чисто так. Вчерашние срочники, сегодняшние контрабасы. Пушок еще с лица не сошел. С такими не то, что переворот не устроить, хер от кого отстреляешься.