— Понятно, но ничего, как я уже сказал, с Сапогом переговоришь, и там уже решите, что с вами делать, — отмахнувшись, достал из рюкзака рацию, сразу вызывая Южный. — Хриплый, Старому. Как слышно?
— Хриплого нет, это Жижа, — отозвался знакомый голос из динамика. — Слышу паршиво, ты там с банки с веревочкой вещаешь?
— Жижа, еду с гостями, на коробочках, не паникуй и это, баньку растопи, пацаны с дороги. Плюс стол им организуй. Все возмещу с процентами, — под удивленный взгляд старшины, сразу выпалил деловое предложение Химику.
— Принял, готовлюсь встречать, — спокойно ответил Ян. — Расчетное время прибытия?
— Минут пятнадцать, с нами Муратовские, но они сами за себя пусть платят, я только за гостей рассчитаюсь, — усмехнулся я, еще больше удивляя старшего прапорщика.
— Голубей говоришь ловил? Да, старший слесарь? — усмехнулся он, кивнув на рацию, которую я уже убирал обратно в сумку.
— Голуби, они ж разные бывают. Ветряки чинили, все-таки электроэнергия — это залог выживания на руинах более умных хомо сапиенс, которые один хер развязали войну. Знаешь, сынок, нам, простому люду, мысли этих политиков не понять. У них, там, на уровне облаков, перед генштабовскими картами, может все и четче видно, но я, простой слесарюга из ЖЭКа. Мне насрать, кто там с кем и когда. Я хочу вкусно поесть, хорошенько поспать, желательно в объятиях красивой женщины, и что бы при этом я не мерз и у меня была вода. Поэтому пока там политики, если они еще живы, пытаются разобраться куда и что скидывать. Я стараюсь, как могу, восстановить то, что эти самые политики уничтожили руками таких как ты вояк, — понимая, что сказанул лишнего, сразу решил оправиться. — Не, сынок, я тебя не обвиняю. Просто, командиры слушают политиков, а те сказали, что им это надо. Командиры сказали «будет», и послали простых, таких же как я и ты, мужиков, чтобы они это «будет» превратили в «есть». А во время этой ебучей трансформации, страдали те, кто под ее воздействие попал. Вот у нас в городе перебили центральную сеть, трансформаторы расхерачены, водонапорная разрушена, че там с ГЭС творится, я вообще без понятия. Ветряки ты и сам видел. Из полутора десятка, целые едва ли две штуки.
— И ты, как истинный джентельмен, решил раздать всем электричество даром, починив два оставшихся ветряка? — хмыкнул боец, с сомнением покосившись на меня.
— Я щедрый, но я не идиот. Электричество даром, это агрессивное впихивание палок в колеса тем, кто его продает. Так что я связался с теми, кто его продает и предложил выгодную сделку. Они налаживают поставку электричества с ветряков в нужное им место и попутно проводят ветку до моего убежища, ну и подсобили с продуктами. Так что и я в плюсе, и торгаши довольны. Я ж, чисто так, птица малого полета. От меня ничего толком не зависит, — я спокойно пожал плечами. — Однако, на таких вот птицах и держится мир. Потому что, например, сейчас, я для своей нужды, подвел электричество, которое Муратовцы смогут передать другим людям, у которых нет электричества, но есть, например услуги. Ну, условно, бабы. Да, звучит так себе. Какая адекватная женщина отдастся за ваты? Мы не настолько еще в глубоком киберпанке живем, хотя если на протезы глянуть, то страшно становится. Человека можно почти полностью в киборга собрать. Но не суть. Короче, есть допустим человек, у него есть женщины, но нет электричества и вот он хочет электричество, а взамен эти женщины предоставляют бесплатно свои услуги тем, кто электричеством владеет. А это, в том числе и я. Хоть какую-то долю рынка я у Муратовских забрать не смогу, да и им нет резона меня кошмарить, но опять же. Я смогу получить то, что мне надо, так как смогу предоставить другому то, что у меня есть. А для того, чтобы у меня это что-то было, надо это добыть…
— Ну прям какой-то полувоенный капитализм, — хмыкнул Попов. Все-таки удалось мне его увести в сторону от грустных мыслей. Эх, не быть мне психологом полноценно, но хотя бы как работать с такими вот «ранеными в душу» я примерно представляю.
— То ли еще будет, — довольно ухмыльнувшись, я глянул в сторону дороги. Впереди показались аккуратные маленькие домики поселка, обнесенного, как ни странно, забором из листов жести, поверх которого была растянута колючая проволока вперемешку со спиралью Бруно. — А вот и Южное. Ну что, боец, война для тебя закончилась, теперь можно и отдохнуть…