- Больше вам нечего сказать? – спросила Марго.
- Нет, - ответили все трое по очереди.
- Если что-нибудь вспомним, мы с вами свяжемся, - важно заверил Владимиров.
Марго взглянула на меня, и я пожал плечами.
- Думаю, это пока всё.
- Хорошо, вы свободны, - сказала девушка троице. - Сейчас я выпишу вам пропуска.
Когда мы остались вдвоём, я встал и прошёлся по комнате. Мы не узнали практически ничего нового. Показания только подтверждали мои догадки.
Когда зазвонил мобильный телефон, я от неожиданности едва не вздрогнул.
- Это сын Зинберга, - сказала, взглянув на экран, Марго. – Интересно, что ему нужно. Мы, вроде, не так давно виделись. Алло?
Сотовый снова был на громкой связи, так что я отчётливо услышал:
- Говорит Эдуард Константинович Зинберг, - в голосе звонившего слышался лёгкий акцент. - Я бы хотел поговорить о смерти отца. Это возможно?
- Вам есть что сообщить?
- А вам?
- Пока нет.
- Совсем никаких результатов?
- Ничего такого, что я могла бы озвучить, - чуть подумав, ответила девушка.
- Интересы следствия? Понимаю. Я слышал, отца убили из-за каких-то документов.
- Вполне возможно. Вам есть, что сообщить по этому поводу?
- Может быть. Но не по телефону. Наверное, лучше всего будет, если я подъеду к вам. Через два часа похороны, так что пока я занят, но потом постараюсь заскочить. Вы будете на месте?
- Если хотите, я могу подъехать сама.
- Куда, на кладбище?
- Ну, да.
- Не нужно. У меня нет никакой срочной информации – так, мелочи, но, может, они вам пригодятся. Я позвоню ещё раз перед тем, как выехать к вам, - пообещал сын Зинберга.
- Договорились.
Отключившись, Марго взглянула на меня.
- Будете ждать, Ваше Сиятельство?
Я взглянул на часы.
- Знаешь, давай-ка лучше сами к нему наведаемся. А то как бы у нас свидетеля из-под носа не увели. Может, он ничего особенного и не знает, но не хочу рисковать.
- Явимся на похороны?
- Почему бы и нет? Узнай, на каком кладбище они состоятся.
Девушка кивнула.
- Хорошо, Ваше Сиятельство. Дайте мне пару минут.
Константин Зинберг оказался довольно тщедушным на вид человеком с мелкими чертами лица и жидкими светло-рыжими волосами, торчащими на затылке. Зато костюм у него был с иголочки, как и обувь.
Мы поприсутствовали на погребении, но стояли в сторонке, наблюдая за церемонией издали. Зинберг заметил нас и, когда гроб начали закапывать, направился к нам.
- Мы ведь договорились, что я сам приеду, - сказал он Марго.
Взглянул на меня, затем – на фурий, стоявших чуть поодаль, но достаточно близко, чтобы понять, с кем они пришли.
- Его Сиятельство маркграф Пожарский, - представила меня девушка. – Лично принимает участие в расследовании смерти вашего батюшки.
- О! – растерялся Зинберг. – Какая честь! – он низко поклонился. – Я никак не ожидал.
- Мы можем где-нибудь поговорить? – спросил я. – Это не займёт много времени, я полагаю.
- Давайте пройдём в один из залов, - Зинберг указал на здание кладбищенской администрации.
Когда мы разместились в небольшой комнате, предоставленной в наше распоряжение одним из служащих, я сказал:
- Примите соболезнования. Смерть вашего отца – большая потеря для империи и науки в целом.
- Спасибо, Ваше Сиятельство. Наверное, так и есть.
- Что вы хотели нам рассказать?
- Да, верно. К делу. Отец звонил мне в Лондон незадолго перед смертью. Конкретно - за три дня, в воскресенье. Спрашивал, что я знаю о передаче электричества на расстояния беспроводным путём.
- И что вы ответили?
Эдуард Зинберг развёл руками.
- Что такое пока невозможно. Проводились когда-то исследования в этой области, но увенчались ли они успехом, неизвестно. Считается, что нет.
- Как это? Почему?
- Занимался этим вопросом Никола Тесла. А он уничтожил все труды.
- Почему? – спросила Марго.
Сын Зинберга пожал плечами.
- Кто знает? Поговаривают, что он сам устрашился своих исследований.
Я сцепил руки в замок и подался немного вперёд. Слова этого нового фигуранта дела проливали свет на то, из-за каких чертежей разгорелся сыр-бор.
- Как вы думаете, - начал я медленно, - почему ваш отец интересовался беспроводной передачей электричества?
- Не знаю.
- Он не сказал?
- Нет.
- А вы не спросили?
Эдуард Зинберг с сожалением покачал головой.
- Это важно, да?
- Возможно. Пока трудно судить. Ваш отец не упоминал в разговоре чертежи или Теслу?
- Ни то, ни другое.
- Вы уверены?
- Да.
- А вы сказали ему про Теслу?
- Да, конечно.
- И как он отреагировал?
Эдуард Зинберг задумался.
- Даже не знаю, - проговорил он, наконец. – Вроде, оживился. Да, пожалуй. Но больше эту тему не развивал. Мы переключились на семейные дела. А при чём тут Тесла? Он же давно умер, и после него никаких записей о беспроводной передаче электричества не осталось. Да и вообще, это считается мифом.
- Не знаю. Но странно, что ваш отец интересовался этим, разве нет? Это ведь не его, так сказать, профиль.
- Конечно, нет! Он всегда думал только об Антарктике. В ней была вся его страсть.
- Значит, вас удивил его вопрос о Тесле?
