— Ох-ре-неть! — она оперлась на ствол дерева. — Ты реально железный!
— Сержант Махони, хватит вот этого вот всего. Расскажи, как есть!
— Фууу… Ну ладно. Ярр — это легенда у астронавтов. Любой конфедерат или другой пилот дальнего космоса расскажет тебе о системе желтого карлика G177V, которая убила не один десяток астронавтов. По неведомой прихоти Вселенной все спутники этой несчастной планетки превратились в обломки: кто-то грешит на гигантский поток астероидов, кто-то — на применение сверхмощного оружия. Черта с два мы об этом узнаем, это произошло миллионы лет назад. А вот планета уцелела. На искусственный характер катастрофы косвенно указывает тот факт, что именно Ярр оказался пригоден для жизни, пусть и с некоторыми оговорками.
— Какими еще оговорками? Посмотри вокруг, тут сплошная жизнь!
— Вот именно… Остальные планеты для жизни не пригодны, а то, что осталось от спутников Ярра, превратилось в сплошную сферу астероидов, которые движутся по совершенно причудливым орбитам, создавая адские условия для навигации. Ярр был лакомым кусочком долгое время, и десятки лет назад сюда отправили пару транспортов. И колонисты погибли: или на подлете от встреч с гравитационными аномалиями и столкновений с астероидами, или уже на поверхности планеты… Уж больно условия тут были сложные для неподготовленного человека.
Пока что Гай не понимал всего этого ажиотажа. Ну, астероиды. Ну, планета. Чего тут сложного? Вон, транспортник пролетел же как-то? И пираты летали периодически. А на поверхности ему, конечно, пришлось несладко, но будь у него хотя бы винтовка с самого начала, то большая часть проблем снималась сама собой.
— Здесь гравитация 2,04 g, понимаешь? — наконец сказала она.
— Что-о?
— То-о! — передразнила девушка. — Тяжелые металлы в ядре, мантии, коре — повсюду! Это не планета, это магнит, Гай! Очень мощный магнит.
— То-то мне так хреново было! А я всё никак понять не мог, какого черта я себя стариком чувствую? Думал, крыша едет, на алкоголь с сигаретами грешил… Вот же блин! А сейчас тогда почему я в порядке?
— Вот и я тебя о том спрашиваю! Никаких следов истощения, вон какие ручищи! И сколиоза не наблюдается, а 2g должны были тебя конкретно скрючить! Еще и усадьбу себе построил, и железяки свои тягать умудрялся. Ты человек вообще, мистер Кормак, или этот: полуконь-полукрокодил?
— От такой же слышу. У тебя так-то кровь из глаз тоже не течет!
— Пф-ф-ф! Я конфедерат, мне по контракту положено!
— Что — положено? Этот твой модуль?
— Ну да… — Эбигайль явно не хотела распространяться на эту тему.
В конце концов сержант Махони была на службе, пусть даже охотники за головами и являлись неким иррегулярным формированием. Так или иначе Конфедерация вмешивалась в организмы своих солдат, для улучшения их боеспособности, конечно.
— На Абеляре, где я вырос, — 1,3g, то есть в целом я чуть более подготовлен к перегрузкам, — начал рассуждать Гай. — Плюс Атенрай, наша историческая родина, не простая планета и гэлы — не простой народ. Мой папаша всегда говорил, что мы покрепче обычных людей, что бы это ни значило. И этот меддроид: после его инъекций мне действительно стало полегче. Могли эти факторы сойтись?
— Теоретически да, — кивнула девушка. — Я думаю, это и есть ответ. Я почти ни черта не знаю про Атенрай, только о тамошних религиозных фанатиках, которые с обеих рук стреляют. Конфедерации довелось с ними схлестнуться когда-то. Говорят, очень эффективные бойцы.
— Божественно эффективные, я бы даже сказал… Ну, причины того, что мне не пришлось тут сдохнуть, сейчас имеют вторичное значение. Я вот что еще спросить хотел: ты говорила, сюда уже прибывали колонисты…
— Никто из них так и не начал тут хозяйственной деятельности. Не вырастил урожай. Не выжил. Осознав, что не смогут жить тут без экзоскелетов, они пытались убраться с Ярра как можно быстрее.
— Та-а-ак! Значит, планета… Значит, Ярр — мой?
— Архаичное морское право работает до сих пор. Земля, до этого не имевшая населения, принадлежит тому, кто выжил на ней и освоил ее. Пираты — вне закона, да и склад — это не освоение. А вот твоя оранжерея… Юридически — это твоя планета, Гай.
Настало время парню опереться на ствол дерева. Когда он делал свое громкое заявление полковнику, в этом было больше бравады и наглости, чем реальной претензии на обладание планетой. А теперь — он владелец целого мира! Правда, мира, который с самого первого знакомства пытался его убить, медленно и методично.
Неловкость осталась: Гай не мог простить себе своего поведения. Что за ребячество, подумаешь, какой-то модуль на затылке? Мало ли… Или не мало ли? Упустить такой шанс, с такой девушкой… Но ведь были причины для такого отношения у многих поколений его предков? В любом случае момент был потерян. Оставалось давить досаду глубоко внутри.
Они разговаривали, пили глинтвейн и ели печеную картошку с жареным мясом, ночь была теплая и безветренная, и завтрашний день обещал быть тоже ясным и погожим.
