Капрал согласился, и они вместе зашагали в капитанскую рубку, которая выглядела намного лучше других отсеков. Потемневшие от времени алюминиевые переборки, поручни с облезшей краской, потёртые кресла пилотов и экипажа, но в остальном чисто и даже уютно. Жан плюхнулся в главное кресло и указал Росту на соседнее. На устаревших панелях приборов мигали огоньки, проецировалась голографическая схема солнечной системы и орбиты юпитера. Ни одного корабля поблизости радар не регистрировал.
— Слышал про Аурис? — спросил парень, указав пальцем на экран, где были изображены картины пожаров, а заголовок газеты гласил: «Подавление измором и голодом».
— Мельком. Это сельскохозяйственная колония в сотне парсек от Земли? — припомнил капрал.
— Правильно. Месяц назад с этой самой станции Стрикс был произведён выстрел, — не мигая смотря на него, произнёс Жан. — Уничтожено несколько тысяч гектаров посевов. Как и ближайший населённый пункт. Тысячи погибших…
— Зачем?! — выпалил десантник, ударив кулаком по креслу.
— Местная администрация подняла вопрос о сохранении у себя большей части бюджета, так как она кормит соседние земные колонии. С каждым годом их население растёт, запросы на зерно и мясо тоже, а для развития инфраструктуры постоянно нужны средства. На Аурисе провели референдум и проголосовали за это. Реакция последовала незамедлительно…
Жан прикрыл глаза рукой:
— Я родом с той колонии. Год назад прилетел на Землю, чтобы заработать на образование. Работал техником на «Живаге». Так называется этот корабль.
— На Аурисе погибли твои… — с сочувствием произнёс Рост.
— Нет, они в порядке. Мои родители жили в другом городе. Но факт в том, что на мою планету вероломно напали! И вовсе не распиаренные галактиды, а мать её, прародина человечества Земля! Я не мог дальше сидеть, сложа руки и делать вид, что ничего не произошло. Поэтому угнал Живагу и полетел сюда.
Теперь Ростислав понимал его поступок. И ведь судьба благоволила ему, послав этого юношу на выручку, когда десантник был на волосок от гибели в холодной пучине космоса. Хотя Жан до сего времени об этом даже не догадывался, мчась к своей цели, обуреваемый жаждой справедливости.
— Можешь арестовать меня или пристрелить на месте, — с вызовом воскликнул парень. — Но я хотел отомстить. Сделать так, чтобы это оружие больше никогда не выстрелило по мирным людям! И не знаю как, но, похоже, Бог всё-таки услышал мои молитвы. Теперь обломки этого чудовища лежат у меня в трюме, а сам Стрикс превратился в ничто. Дело Новой Надежды живо и будет жить!
— Погоди, — встрепенулся капрал, услышав знакомые слова. — Ты знаешь о преступлениях на Новой Надежде?!
— Помню, пару лет назад, листая ленту в интерфейсе, я наткнулся на этот фильм. Думал, новый ужастик рекламируют. Я досмотрел его до конца, а потом через час канал с этим фильмом был заблокирован. Это было самое страшное натуралистичное кино, которое я когда-либо видел в своей жизни…
Ростислав ощутил щемящее чувство печали. Он вспомнил Бету, погибшую за него, и Раду, чья жертва оказалась бесполезной. Она умерла просто так. Получила пулю за свою месть, которая обернулась ничем, ведь мир уже давно знал о преступлениях военных против человечности…
— Но копии фильма уже лавиной разлетелись по всем пабликам, новостным лентам, везде и всюду, — продолжал юный капитан старого корабля. — Люди начали выходить на улицы и требовать от правительства наказать виновных. Это было и на Земле и в других колониях.
Жан замолчал, погрузившись в свои мысли.
— Что было дальше?
— Если в отдалённых колониях протестующих просто сажали в участок на несколько суток, то на Земле по гражданским открыли огонь. Парижская свалка, Сиднейский пожар, Ливерпульская давка… Продолжать можно бесконечно. Вспыхнувшие протесты жестоко утопили в крови.
— Другого от них я и не ждал, — кивнул капрал.
— На Земле тут же начали перестраивать законодательство. Гражданские свободы стремительно сокращались, а обязанности наоборот расширялись. Дошло до абсурда — ввели обязательный ежедневный просмотр пропаганды. Я не верил в это, пока сам не прилетел на Землю и не был вынужден постоянно отмечаться в дневнике просмотров Сети для отчета надзорному органу.
Ростислав лишь хмыкнул, с горечью осознав, до чего докатилась Земля.
— Поэтому и появились солдаты Новой Надежды — те, кто выжил во время прошлых кровавых событий и решил подпольно бороться против режима. Я вступил в их ряды ещё на Аурисе, но по-настоящему проникся идеями революции только сейчас. Когда меня самого это коснулось…
— Это я взорвал Стрикс, — вдруг сказал Ростислав, серьёзно посмотрел в глаза юноше. — Я тоже…
Парень вскрикнул, всплеснув руками:
— Ты, правда, один из нас? Синтет, предавший своих хозяев?
Ещё одна легенда, которую ему не придётся выдумывать. Десантник мысленно поблагодарил Жана за богатое воображение, а затем произнёс:
— Да, всё именно, так, как ты и сказал. Потому что я лично видел всё то, что происходило на Новой Надежде. Я был там и пытался спасти людей от военных. Но, у меня ничего не вышло…
На лице юноши смешалось удивление и радость:
