— Вы знаете, почему она ещё жива? Потому что они хотят её живой. Как только я начну трансформу королевы, машины перестанут воспринимать её как исключение и начнут бить по её взводу тяжелым вооружением. Она не прыгнет к нам через портал, Чак, она не бросит ни планету, ни даже взвод. Единственное, что продлевает ей жизнь и делает вашу миссию более или менее реальной — это переход к ней туда. И знаете, что самое занятное? Она давно знала о нашем прибытии и даже ждёт там именно нас.
— Как нас? — удивился Мяч.
— Она видящая. У нее скилл 9, а сама она аж второго ранга, — проговорил я, мысленно радуясь тому, как удалось повернуть разговор в безопасное для себя русло.
— Но мы не сможем перенестись к ней, — возразил Чак. — У нас чисто физически не хватит сил.
— У нас — нет, а вот у неё там — магическая цепь из тридцати фриков… — произнёс я, наконец-то подобрав слово более корректное, чем выражение «цирк уродов».
Взвод Алам был глубоко замаскированной группой. Даже я, в прошлом один из лучших видящих AF, вначале видел лишь измученных боями людей. Теперь же, когда волчица дала все права доступа к себе, я будто прозрел.
Королевский отряд состоял из рейтинговых магов и стрелков, видящих и лекарей, пилотов мехкостюмов и тварей, которых нельзя было описать одним словом или даже несколькими. Уродства, на которые шли положительные ради эффективности, поражали. Некоторые даже становились аморфными бесполыми существами, зато с прокаченными ветками скиллов.
—…Сами всё увидите… — выдохнул я и наладил связь с Алам вновь.
— Ну, пророк, ты и вестники готовы к переходу к нам? — улыбнулась Алам так, будто слышала наш разговор. Я сглотнул застрявший в горле ком. Она всё знала — и обо мне, и о вероятностях… Она посчитала даже то, что я пытался скрыть от Чака и Эйни.
— Да, королева, мы готовы к переходу, — ответил я за всех. Когда работаешь с видящими такого уровня, сомневаться в их словах не приходится. Если он увидел, что ты идёшь, ты можешь потратить весь день, сомневаясь, но под конец всё равно решишь идти.
— Ну, кто первый? — проговорил я и почувствовал, что мощная тяга начала отрывать моё тело от земли. Она была столь сильной, что казалось, перенеси я центр тяжести на толику вперёд, меня смерчем засосет куда-то за тысячи километров вдаль.
— Мяч, — кивнула Эйни, глядя мне прямо в глаза.
— Я, уо-о-о-у… — Крик кота утонул в червоточине перехода. Он пропал из виду, но, связанный с ним цепью, я примерно представлял, какое расстояние он преодолел за считанные доли секунд. Это поражало…
— Чак, — затем произнесла она, и маг последовал за воином группы, просто исчезнув и оставив нас с ней наедине.
— Я знаю, что ты за фрукт! — не отрывая от меня взгляда, произнесла девушка.
— Я тигр, а не фрукт, — попытался съязвить я
— Задумаешь предать — уничтожу! — прошипела она.
— Чем и как? Дробовиком на основе пороховых газов? Вообще-то если бы не я, вас бы уже на органы разбирали…
Эйни дернулась вперед и тоже исчезла, решив прекратить бессмысленные, на мой взгляд, прения.
Ох уж эти положительные. Всё б им возводить любые вещи в абсолют. Интересно, каково ей будет узнать, что их любимая Самалит вовсе не пенсионерка, утоляющая грусть вином, а жестокий, сильный, нетерпимый к панибратству правитель?
Я остался наедине со своими мыслями. Стоит ли лететь туда, где все знают, кем я был и кем стал? Я оценил потенциал группы Алам. Это были не обычные бойцы, с какими приходилось воевать просто и незатейливо, а отъявленные головорезы. Тридцать, с позволения сказать, голов. Даже в уме язык не повернулся назвать их людьми. И из них целых девятнадцать существ были рейтингом выше меня. Чака и команду пришла встречать элита элит. И я засомневался: «А стоит ли туда лететь? ведь захотят казнить — казнят, захотят пытать — будут пытать…»
С ума сойти: видящая с предвидением 9, С-нулевая, если не сказать С-дабл нулевая — и о каких пророках она постоянно говорит? Что такого я должен сделать, чтобы она меня так называла? Ну ладно, эти трое — вестники, они микрочип несут. А я? Какой же я пророк? А может, всё это ловушка? Нет. Уничтожение адепта Спирита, пусть и переметнувшегося недавно — тяжкий грех перед системой. Я колебался. Там, за чёрт знает сколько тысяч километров от меня, кто-то знал судьбу лучше меня. Ведь, признаться к своему стыду, я не представлял, что делать дальше и как дальше жить.
Выбор был из двух вариантов: или один против целой планеты, или сломя голову сквозь портальную червоточину к бывшему врагу в руки, к тем, кто за тебя уже всё решил. Моя судьба носила волчью голову и командовала цирком уродов но теперь мы на одной стороне. Или нет? Чтобы проверить это, нужно было рисковать.
По затёкшим от медитативной позы бёдрам ударил разбушевавшийся тигриный хвост, нервно подметающий каменную гладь передо мной.
— Что я, блин, делаю? — задал я себе вслух последний вопрос и сам же на него ответил: — Надеюсь, что иду навстречу судьбе.
