Я кивнул, снова про себя подумав: «Ну и зачем надо было лишать себя голоса? Чтобы потом пользоваться ретрансляторами? Наверное, я никогда не пойму, зачем все эти ушки, хвосты, рога…»
Я ел не торопясь, делая вид, что полностью поглощен этим процессом, и одновременно просчитывал в голове варианты диалога, свои вопросы и возможные ответы Алам, отметая маловероятную возможность моей казни прямо ТУТ. Если это и задумано, то произойдет, скорее всего, во время выполнения миссии.
Я вспомнил всех пророков старой эры, про которых смотрел обучающие файлы, и печально отметил одно общее: все, кто шли с миром, гибли, а выживали лишь, кто брал в руки оружие.
Заклинание ядовитого взрыва сформировалось само собой, наложившись на измельченные иглы. В случае чего, я смогу унести себя и всю эту зоокоманду далеко и надолго. Даже семь хиллов не помогут. Да, семеро — это очень много, но лишь во время боя. Если за воюющим бойцом стоит хотя бы один, то такая связка может продержаться долго. Однако по всем протоколам хиллы лечат в первую очередь себя, а уже потом остальных. Это даст яду возможность выкосить половину фауны, несмотря на их щиты и доспехи. Алам как видящая будет знать это наперед, а значит, это гарантирует мне спокойный уход туда, куда там она меня посылает.
А может, всё это паранойя? Может, я действительно выбран для уникальной миссии и меня вовсе не собираются приносить в жертву или еще как-нибудь уничтожать? Я взглянул на себя в отражении консервной банки. На меня смотрели усталые болезненно красные глаза с кровавыми подтеками от лопнувших на белках сосудов, и они говорили мне обратное: «Я — обычный заложник чьей-то перекрестной игры, и всё, а никакой не пророк. Конечно, кому, как не мне, лететь на Совет разумных миров и кого-то там убеждать не применять к нам высшую меру? Мне — и трем попаданцам, которые даже не удосужились нормально вооружиться перед прибытием на Терру…»
Последний питательный куб растворился во рту очень уж быстро, и я поймал себя на мысли, что просто скриплю зубами без пищи. Больше тянуть было нельзя, иначе Верховная что нибудь на мой счёт другое придумает.
Алам сидела на левитирующих носилках. Возле неё молча стоял Чак и один из её хахалей, С-второй, кажется. Конечно же, в любой непонятный ситуации держи при себе телепата.
Картинки видений снова побежали перед моими глазами, и я вдруг увидел страшный бой у каких-то строений. Всё как всегда — лучевые турели, дроны… Но помимо машин местность охраняли живые солдаты вкупе с засвеченными пустотами, словно на древней плёнке. Я прекрасно знал, что означали эти белые пятна. В будущем мы штурмовали объект, безмерно важный для Тирипса, и потому к нему были прикомандированы адепты.
Но что это за место? Многокилометровые бетонные площадки и много-много боевых кораблей дальнего и ближнего следования. В моём видении один из крейсеров попытался взмыть в воздух и развернуть на атакующих свои орудия, но тут же был раздавлен коллективным прессом спирит-тридцатки.
«Что за хрень мы собираемся штурмовать?»
— Эта «хрень» в давние времена называлась «Большая долина», теперь же носит название Межзвёздный транспортный космодром № 4. И завтра мы будем у его ворот, — ответила Алам, даже не скрывая, что видит всё, что происходит в моем мозгу.
— Стоп! Байконур? Как мы пройдём до утра четыре тысячи километров? — По моим прикидкам, мы отдалились от кислотного Байкала не более чем на два-три дня пути.
— Основная дистанция позади, а это две тысячи пятьсот километров. Хорошая скорость для спирит-трасс.
— Что за спирит-трассы? Вы хотите сказать, что можно добраться до Байконура за пару дней? — не поверил я своим ушам. Я совсем не ощущал никаких изменений ни в скорости передвижения, ни в магическом пространстве.
— Ваши взяли под контроль всё физическое. Что нам оставалось делать, как не освоить пси-пути? — пожала плечами королева, как будто «освоить пси-пути» было для неё обыденностью.
— Освоить? — переспросил я.
— Они уже были тут, — пояснила она. — Мы просто адаптировали их под себя. Чем больше группа, тем легче идти.
— Ну хорошо. Зачем нам штурмовать Байконур? Даже если мы захватим корабль, нам не дадут покинуть гравитационное поле Терры. Сожгут без вариантов. Любое судно сожгут, даже флагман.
На морде королевы появилась улыбка.— А ты и правда много вложил в мою трансформацию. Разве ты не увидел что хранят эти бетонные мегалиты?
Я вновь перенесся в день боя.
— Что это за?.. Куда он ведёт?
— На флагман «Обама-первый». Это транспортный лифтовой телепорт.
— Пфф, — выдохнул я. — Почему я никогда не слышал о таком?
