На карте лавка обозначалась, как стол с наваленной горочкой монет, и находилась она по пути в Хандо, но на ответвлённой дороге. Впрочем, и в отклонении от маршрута я нашёл позитивный момент — быстрее попадём к болоту, тем более, что мост через реку всё равно разрушен. Разрушенный мост, между прочим, мог стать неприятной новостью для охотников. Представив, как они целый день ходят вдоль реки в поисках брода, я повеселел и прибавил шагу.
— Да, погоди ты! — взмолился отстающий травник.
— Вон! — крикнул я, показывая пальцем на выросший вдали навес.
Лавка существовала на самом деле. Теперь я видел её не только обозначением на карте, но и своими глазами — наяву. К несчастью, чем ближе я подходил, тем больше сомневался. Доски прогнили и покосились, навес порос мхом, прилавок пустовал, как и место торговца. Если когда-то путники, могли пополнить здесь припасы, то сейчас от этой лавки можно было оторвать пару гнилых досок, чтобы распалить ими костёр.
Я подошёл и с досады ударил кулаком по гнилой столешнице.
— Секундррруу-у-у-у!
— Что за…?! — услышав хриплое бормотание я отошёл на пару шагов.
Идомиос. Уровень Митры — 4. Торговец высунул голову из-под прилавка и, сощурив глаза, долго смотрел на меня. Если бы надпись над головой не подтверждала, что Идомиос — торговец, я принял бы его за обычного забулдыгу: седая борода, опухшая харя и красные глаза. Стойкий запах спирта подсказывал: Идомиос скрашивает одиночество бухлишком.
— Добро пожаловать, в лавку Идомиса! — икнул торговец и сел за прилавок.
— Привет. Что у тебя есть на продажу?
Мужицкая харя растянулась в искусственной улыбке гнилых зубов:
— Горячо любимый покупатель! В моей лавке вы можете приобрести самые качественные и необходимые товары для путешественников. Лавка Идомиса работает уже двадцать лет, позволяя путникам…, - торговец запнулся и закатил глаза. — В задницу! Чего вам надо?
— Кислотная вода есть?
— Чего?! — Идомис сдвинул брови. — Первый раз слышу! Нет такого!
— Как это?!
— Так это! — огрызнулся торговец и достал из-под прилавка коробку. — Вот! Больше у меня ничего нет!
Я заглянул в коробку. Торговцы с такими товарами сидели возле любой мусорки у меня на районе. Идомис предлагал купить панцирь черепахи, зубы собак, пучок специй, два наконечника стрелы и прочий хлам, к которому даже не хотелось прикасаться.
— Ты сидишь здесь, чтобы продавать это? — я достал из коробки наконечник стрелы.
— Нет, это моё хобби, — отмахнулся торговец. — Настоящим мужским делом я занят, когда покупателей нет!
— Чем же?
— Вот чем! — Идомис ударил о прилавок дном бутылки, в которой плавала мутная жижа. — Хотите?!
— Понятно, — я отодвинул бутылку в сторону и бросил наконечник обратно в коробку. — Удачной торговли!
— Погоди! — вмешался Мин. — Возможно, получится сделать кислотную воду из этого!
Травник выложил на прилавок: кусок глины, жука с поломанным панцирем и засохший корень.
— Не уверен, но могу попробовать! — Мин пожал плечами. — Дарпинус показывал рецепт из натёртой коры кукурузного дерева и стружки…
— Хорошо, покупаем и пошли искать бочку! — я брезгливо посмотрел на «товары». — Это дерьмо сам понесёшь, не хватало мне ещё чем-нибудь заболеть!
— Эй, путники, постойте!
— Чего?! — я обернулся.
— Вы недооцениваете Идомиса! — он развёл в стороны руки и улыбнулся. — Уж что-что, а бочка-то у меня найдётся!
— Да, ладно?! — я посмотрел по сторонам, но не увидел ничего схожего по размерам.
— Опа! — торговец ударил себя по колену и встал.
Деревянная бочка служила ему стулом, нет — стульчиком. Изначально я искал большую ёмкость, куда влезет человек, но бочонок литров на пятнадцать тоже подойдёт. Во-первых, его легко нести, во-вторых, кислотной воды понадобится меньше…
…….
К охоте на марлоков мы подготовились лучше, чем в прошлый раз. Помогла и купленная бочка. По дороге к болоту мы набрали в неё камней, чтобы Мину было чем стрелять из пращи.
Травник сказал, что в детстве в обращении с пращей у него не было равных. Глядя, как он мажет третий раз подряд, я пришёл к выводу, что в детстве он соревновался исключительно со слепыми детьми. Мин попал с пятого раза. Но спасибо и на этом. Мне не нужно было месить грязь под ногами и отбиваться от прыгающих на голову марлоков. Получив даже незначительный урон — десять-двенадцать единиц, болотные твари мчались в атаку, взбирались на твёрдую почву и готовились к прыжку. Я срезал их двумя быстрыми ударами — колотым в живот и рубящим сверху.
Знаки Митры на выносливость и скорость дали первые плоды. Отмеряя десятисекундные перерывы между подходами, я поддерживал выносливость полной, а скорости хватало, чтобы отбиваться от марлоков, которые появлялись с боку или успевали прыгнуть.
