Люди Мамонтовых и врачеватели также вели себя нервно. Про парящую в небесах крепость из зачарованного льда в городе давно ходило множество слухов. В основном не слишком приятных из-за мрачной репутации Владык Холода.
После коридора пошли анфилады залов. Больших, просторных, с высокими потолками, залитых лазурным свечением с изредка встречающимися стройными колоннадами.
– Виктор, а почему здесь ничего нет? – Маргарита Андреевна повела холеной ладонью, тускло блеснули изящные кольца на длинных аристократических пальцах.
Я полуобернулся на ходу.
– Обживаемся понемногу, но здесь еще много свободных помещений.
– Внутри постоянно живут только солдаты из встреченных нами в ангаре? – быстро спросил кто-то из Нечаевых.
Кара метнула в него предостерегающий взгляд. Маг стушевался. Он точно не знал, кто эта миловидная брюнетка рядом с принцем, но хорошо чуял зловещую ауру Смерти. Потому и замолк.
Я же лишь растянул рот в холодной улыбке. Отвечать на такие вопросы я, разумеется, не собирался.
Шуйский насмешливо посмотрел на любопытного торопыгу, светловолосый крепыш понимал, что о подобном никто в здравом уме не будет распространяться. Это вопрос обороны объекта.
– Долго еще? – чиновник Мамонтовых поежился.
Термонакидка не спасала бедолагу от холода. Человеческий организм испытывал сильный стресс, что немудрено, снаружи теплое лето, внутри студеная зима, а время перехода между ними буквально мгновение.
– Уже почти пришли, – обронил я.
Мы как раз проходили очередной зал, больше похожий на огромный ледяной грот. Из правого конца донесся глухой рык.
И столько морозной ненависти в нем слышалось, что люди замерли, боясь шевельнуться. В проеме дальнего коридора материализовались три силуэта. Крупные, поджарые, с жесткой белой шерстью, глаза горят синим пламенем ярости – Снежные Гончие застыли на границе прохода, вглядываясь в незваных пришельцев.
Глинские и Нечаевы испуганно отшатнулись назад, даже Шуйский не выдержал, принял оборонительную стойку. Благородное лицо княгини Волконской стремительно покрывалось мертвенной бледностью.
Думаю, все они в этот момент подумали об одном и том же: ну вот и конец, заманил коварный ледышка в недра своей цитадели, чтобы расправиться без помех.
Мне почему-то захотелось расхохотаться. Ну что за глупые предрассудки, бога ради? Если бы я кого-то из них хотел убить, то сделал бы это глядя в лицо.
И дело вовсе не в благородстве. Просто это же не патриархи, кого следует опасаться, организовывая сложные западни.
– Спокойно, это местные сторожа, – проворчал я, поморщившись. Не хватало еще, чтобы это стадо сейчас разбежалось со страху кто куда. Ищи их потом.
Княгиня, как и прежде, пришла в себя первой.
– Милые собачки, – стараясь сохранить присутствие духа, проворковала она.
Я мысленно хмыкнул. Голос чуть заметно, но все же подрагивал. Впрочем, трудно ее за это винить. Гончие походили на воплощение ледяной ярости, готовые рвать и терзать любое теплокровное существо.
– Таких зверюг надо держать на привязи, – недовольно буркнул Шуйский.
Нечаевы и Глинские поддержали его энергичными кивками, спустя секунды к ним присоединились целители и доверенные банкиров.
– Они добрые и ласковые, – возразил я.
Взмах рукой, ментальный импульс через сложную структуру заклятий, и одна из «собачек» молнией подбежала к моим ногами.
Народ шарахнулся в стороны. Самая крупная гончая ткнулась носом в подставленную ладонь. Я потрепал ее по холке.
– Умница. Красавица.
Один из Глинских переступил с ноги на ногу; почуяв движение за спиной, гончая мгновенное развернулась, из усеянной кинжальными зубами пасти вырвался глухой рык.
– Тихо, тихо, – успокоил я существо, больше всего похожее на снежного волка.
Боевой голем, обладающий псевдоразумом и напрямую привязанный на энергетическую структуру цитадели – идеальный страж для внутреннего патрулирования просторных залов.
– Все, маленькая, иди, – я на прощание провел рукой по жесткой шерсти, отливающей серебром.
Гончая еще раз обвела гипнотизирующим взглядом заполненных тяжелой синевой глаз живых людей и растворилась бесплотным призраком в ближайшем переходе. Ее товарки сделали это мгновением раньше.
Я улыбнулся.
– Думаю, не стоит напоминать, что ходить здесь в одиночку будет не самой хорошей идеей.
Гости выдавили из себя вымученные улыбки. Неприятно признаваться в собственном страхе, но лучше уж так, чем оказаться растерзанными колдовскими созданиями.
Мы двинулись дальше. До нужного грота-пещеры, выступающего в роли склада, добрались без происшествий минут через десять. Чем ближе подходили, тем холоднее становилось. Мы приближались к области абсолютного падения температуры. Термоткань уже не спасала. Холод обжигал сухим пламенем, проникал внутрь, выпивая тепло из организма людей.
– Виктор, – позвала княгиня Волконская.
Занятый собственными мыслями, я не сразу сообразил, что спутники едва ли не на ходу принялись превращаться в ледяные скульптуры.
В отличие от них я не испытывал подобного дискомфорта. Наоборот, прилив сил накатывал волнами, заряжая свежестью и энергией.
– Вот черт! Извините, сейчас будет легче.
