– Как служба? Не скучно? – для проформы на ходу осведомился я.
В ответ скупые улыбки. Матерые ветераны многочисленных клановых войн.
– Никак нет, ваше сиятельство.
Ну да, здесь и довольствие выше, но и риски тоже. Новое дело – сражаться в условиях открытого космоса. Пробьет корпус – мгновенная разгерметизация, не успеешь опомниться, как окажешься снаружи. А там как повезет, если не успеешь схватиться за что-нибудь, считай погиб. Движков, встроенных в бронескафандры, на возвращение обратно может не хватить. И тогда только медленная смерть от недостатка кислорода.
Отсюда и повышенные оклады. Клан всегда ценил своих воинов.
– Кстати, надеюсь, форма станции после расширения не исказится? – осведомился я у Юрия, когда оба космодесантника остались позади.
– Вы о снежинке? Нет, милорд, инженеры предусмотрели этот момент.
Формацией станция напоминала герб рода Строгановых, чтобы ни у кого не возникало сомнений, кому принадлежит объект. Это обошлось дорого, но визуальный эффект стоил того.
Другие обладатели обитаемых объектов на орбите не могли похвастать такой роскошью.
И все благодаря мне, в свое время приметившему талантливых ребят начинающегося стартапа, быстро переросшего в компанию «Утренняя звезда».
– Что с причальным доком? Устранили неполадки?
Невзирая на активное использование порталов, обычные способы доставки грузов с поверхности планеты все еще сохранялись. Во избежание, так сказать.
Плюс не хотелось совсем отказываться от «Белой гавани». Космопорт в окрестностях Златограда продолжал функционировать в рабочем режиме, каждый год развиваясь.
– Да, ваша светлость, последние недочеты устранили несколько дней назад. Первый прием грузового корабля намечен на следующей неделе, – бодро отрапортовал старший техник.
Из соседнего прохода вынырнула гибкая девичья фигурка. Обтягивающий комбинезон, волосы стянуты в тугой хвостик, на симпатичном лице выражение легкой озабоченности.
Мы поравнялись. Она посторонилась, молчаливой улыбкой поприветствовав нового гостя на станции.
Я рассеянно кивнул, мельком отметив знак научной части на шевроне комбеза. Рядом Юрий протяжно вздохнул, нарочно чуть приотстал и украдкой оглянулся.
– Подружка? – спросил я, кивнув назад.
Девчонка уже скрылась в примыкающем коридоре, направившись в другой модуль-отсек.
– Если бы, – грустно ответил техник, открыл рот, явно собираясь поделиться причиной печали, затем вспомнил, с кем разговаривает, и резко замолк, подобравшись. – Извините, ваше сиятельство. Это все ерунда.
Я хмыкнул.
– Неразделенная любовь? Ничего, время лечит. Или будь более настойчив в ухаживаниях.
– Она меня даже не заметила, – уныло проронил Юрий. – Зато на вас сразу посмотрела.
Он с завистью оглядел мою крепкую фигуру. Сам старший техник не мог похвастать внушительной комплекцией, отличаясь худобой и узостью плеч.
Без труда угадав направление его мыслей, я небрежно заметил:
– Внешность не главное, главное напор и уверенность в себе. Это им нравится. А нет, так найдешь другую, которая оценит, – я ободряюще хлопнул его по плечу.
Юрий ответил неуверенной улыбкой. Сразу видно – совет не сработает, не сможет парень вести себя так – нагло и самоуверенно. Слишком застенчив. А меняться не хочет.
И будет ситуация из разряда: пока один стоит с цветами под дверью, второй уже кувыркается с красоткой в постели.
Я мысленно усмехнулся. Проза жизни, как всегда жестока и беспощадна. Впрочем, все это лирика, я здесь не для того, чтобы обучать старшего техника охмурять девиц из научно-исследовательского отдела.
Кстати о научном отделе, вот и он. Мы прошли мимо нескольких отсеков, отведенных под научные цели.
Станция не являлась в чистом виде военным объектом, как можно изначально подумать. Вспомогательные задачи здесь тоже с успехом решались, заложенные в функционал на стадии проектирования.
Научные опыты стояли на одном из первых мест. Что примечательно, эксперименты проводились не только для родного клана, но и по заказу сторонних подрядчиков.
На борт станции посторонних, разумеется, не пускали, консультации и обсуждения результатов шли исключительно по видеосвязи. Что не мешало выстраиваться очередям из желающих воспользоваться лабораториями на орбите.
– Ты уже слышал, что творится внизу? – я мазнул взглядом по череде плотно запертых герметичных дверей научного отсека.
Сначала хотел заглянуть, но передумал. Там ничего нового за последнее время не должно появиться. Что я, лабораторные колбы и научное оборудование не видел?
– Вы про эпидемию? Да, нас держат в курсе. Уже пришло предупреждение о возможной изоляции портальных переходов в случае распространения вируса.
Вот для чего нужны корабли. Запрут здесь кучу народа, прервав портальную связь, и куда всем деваться? Только на спасательных капсулах вниз. Но их еще надо сюда доставить. Без кораблей это сделать будет проблематично. Если не больше – нереально. Любой грузовой портал имел свои ограничения.
– Мы пополнили запасы на максимальные значения. Если связь действительно прервется, то думаю, сможем продержаться весь срок, – добавил Юрий.
