К поезду верхом приближался знакомый офицер, с ним — двое всадников. Их скакуны очень напоминали животных, тянувших наемный экипаж…
— Так стирать или нет?
— Давай и быстро!
Офицер вернулся к «Восточному пределу», так как забыл допросить трактирщика. Эта навязчивая мысль и заставила отправить конвой вместе с поездной бригадой в город, а самому ехать назад.
Экспресс стоял на прежнем месте перед каменной глыбой. «Хорошая это была идея: заманить тролля, а потом…» — подумал офицер. Впрочем, наличие собственных мыслей жрецами не поощрялось, а воздействие храмовых благовоний довершило промывание мозгов, он едва не запамятовал, зачем вернулся.
В этот самый момент на каменной глыбе выступили капли влаги, будто она вспотела. Складывалось впечатление, что камень трансформировался в пластилин и плавится под солнечными лучами, всадники принялись тереть глаза. Тем временем каменный болван окончательно регенерировал и выпрямился в полный рост. Тролль потянулся, осознал, где находится, осторожно оперся о поезд и высвободил ушедшие в землю ноги, затем отошел в сторону, сопроводив процесс длинной тирадой, перемежаемой непечатными выражениями…
— Ах, они… Опоили, заманили в… Что б им… Выродки человечьи! Втянули в такое… — и так далее и тому подобное.
На шум вышел трактирщик, да так и остался стоять с открытым ртом. Наконец оратор выдохся, наклонился к стеклам головного вагона. Один из воинов выпустил стрелу, но она со звоном отскочила от спины сына земли.
— Ого. Он был в стране нашей мечты! В его крови есть наша кровь, он могуч… Я, несчастный, преградил путь и позволил себе… О сын святого источника! Прости, если возможно, — тролль опустился на одно колено и продолжил, — как мне загладить вину перед тобой? Может, раздавить этих козявок или отвернуть башку их хозяину? Приказывай! Я не боюсь их заклинаний, даже свет больше не остановит меня…
— Кажется, он повредился умом, — прошептал офицер.
Тролль замолчал, благоговейно внимая застывшему экспрессу, но воины ничего не слышали.
— Как угодно, спасибо. Прощай.
Все слова совершенно не вязались со сложившимся штампом свирепого тупого существа, но воинов готовили не для анализа отклонений в поведении местной фауны. Тролль поднялся, кивнул поезду. Обернулся к застывшим всадникам.
— Я обещал не убивать вас, но только сейчас, — после плюнул под ноги лошадям, перепрыгнул через путь и быстро удалился в сторону северных гор.
Экспресс тут же тронулся и в мгновение ока растаял где-то над каньоном. Воин ковырнул копьем землю в зеленоватой луже, в руках осталось только древко.
— Никогда больше так не делай, — мрачно сказал офицер.
Он подъехал к крыльцу, протянул руку и приподнял отвисшую челюсть хозяина «Восточного предела».
— У меня есть несколько вопросов…
— У меня глюки? — спросил хозяин.
— Насчет офицера храмовой стражи — нет. Будешь говорить? Или поедем к Эр-лану?
— Всегда рад служить…
— Сегодня утром кто-нибудь посещал заведение?
Офицер посматривал на «янтарный глаз», висевший на цепочке. Если собеседник лгал — камень мутнел. Только на каждую хитрость…
— О, да. Принц и его свита.
— Еще?
— Кроме вас, нет, о храбрейший.
Откуда было знать «янтарному глазу», что утром трактирщик называл время после десяти часов?
— А где сиятельный принц?
— Уехал. Пришел экспресс, я закрыл за ними дверь.
— И не выходил? — с нажимом поинтересовался гость.
— Зачем? — удивился хозяин.
Камень снова остался безучастен.
— Хорошо, прощай.
Перед дарителем просветления стоял, преклонив колено, человек, возглавлявший рейд к «Восточному пределу».
— Позвольте доложить…
— Слушаю.
— Жрец, уличенный в предательстве дела храма, посланные за ним воины не появлялись в трактире, хозяин сарая и принц подтвердили. Детектор не обнаружил лжи в их словах.
— А экспресс?
— Приказ выполнен — остановлен. Правда, пришлось убить машиниста.
— Ну и как поступили путешественники?
— Со слов трактирщика — уехали экспрессом… — не моргнув глазом, ответил воин.
— Издевается, придется… — Эр-лан посмотрел на «Ухо бога».
— Бессмысленно, повелитель духа реки, он может только исполнять приказы, «промывка мозгов».
— Хорошо, начнем сначала, — спокойно произнес Эр-лан.
Далекое и полузабытое прошлое, профессиональная способность выуживать необходимую информацию пропитала саму сущность бывшего журналиста. Никакие катаклизмы и взлеты по «лестнице власти» не могли вытравить эту способность. Жрецы приготовились к «гневу бога», но вместо этого идол поманил воина ближе…
— Тем не менее, поезд остановлен?
— Да.
— Отлично. Потом?
— Тролль ожил, и экспресс умчался.
— Ты лжешь… Вспышка священного света убивает их! — хором закричали жрецы.
— Я? Повелителю? — в голосе воина прозвучал неприкрытый вызов.
— Трое из далекой страны при тебе сели в поезд?
— Нет. Трактирщик сказал. Они вышли из заведения, раньше и больше хозяин «Восточного предела» их не видел.
— Он присутствовал, когда ожил тролль?
— Нет, только воины храма видели это. Каменная статуя стала троллем. Он поклонился поезду. Потом хотел нас убить, но почему-то не сделал этого… Пообещав позднее, и удалился.