Вороны принялись долбить клювами преграду, будто дятлы, и начали приближаться! Руки поводыря быстро двигались, губы что-то шептали. Первый ворон закричал, именно закричал! Его шея завязалась в узел, птица захрипела, но свернутая тушка не упала на асфальт, а осыпалась черными хлопьями. Два других «дятла» отпрянули, с елей послышалось подбадривающее карканье, и птицы ринулись в новую атаку. Капюшон проводника упал на плечи, демонстрируя голову жуткого гомункулуса, собранного из частей разных тел.
— Отдай камни, Изморгиан! — прокаркали с ели.
— У вас не один кристалл? — охнул проводник, разделавшись со второй вороной.
— Да я не знаю, сколько их вообще, мешок, — пожал плечами Ян.
— Как это замечательно и ужасно одновременно…
— Почему?
— За такой дар вы получите, — третья тушка упала, но уже не распалась, — все мыслимые блага… Если доберетесь до дворца! Если б знать!
Вороны на деревьях оживленно загалдели, видимо обсуждая план дальнейших действий, предоставив жертвам передышку.
— Полетели! — предложил Сигизмунд.
— Эти кристаллы в первозданном виде привлекают духов, а чем быстрее мы будем перемещаться, тем ярче станет маяк, и еще больше тварей слетится на вашу плоть.
За время разговора останки сбитых ворон отползли с асфальта на землю и снова обрели форму, начали шевелиться.
— Что же нам, сыграть роль пшена для этих ворон?! — возмутился Пуфф.
— Их слишком много, да и не вороны это… Это облик. Информационные создания низших порядков могут совершенствоваться и развиваться только в созданном или позаимствованном теле…
— Ну и лишим их тел.
— Вы видели… Теперь это подобие пчелиного роя, спаянное одной идеей… Кто мог предполагать!
— Такой могучий колдун, — хмыкнул Марк.
— Не так все просто, — вздохнул Изморгиан.
— Ну, а показать их можешь?
Проводник повернулся к лесу, зашептал непонятные слова… Хвоя на пяти крупных елях вокруг стала прозрачной. Сотни черных птиц облепили ветви и что-то оживленно обсуждали. Яну показалось, будто при каждом вороне присутствует не то тень, не то туманное облако.
— Я заметил их «души», они и управляют процессом, верно?
— Ваше высочество могучий колдун, — уважительно сказал проводник.
— Только лучше не будить лихо, пока спит тихо, — мрачно отметил Марк.
Принц пропустил замечание мимо ушей, продолжая гнуть свое.
— Значит, формально, они все колдуны и ведьмы?
— Вообще, да.
— Есть хорошее средство, на Земле в средние века очень помогало. Сигизмунд, если повторить Котерию? Лапы чешутся….
— Ох, как чешутся, — согласился Пуфф.
— А ты помой с мылом, — огрызнулся Марк.
— Они строят пентаграмму!
— Плевать. Это только подтверждает наше предположение. Ну, проводник, держись в центре! Рассредоточились!
Между елей вспыхнула в воздухе светящаяся линия. Грифоны в ответ образовали треугольник, изрыгнули потоки огня, но сырая хвоя сомкнулась и лишь зашипела. Тогда Сигизмунд тонким факелом выжег аккуратное отверстие в хвое ели.
— Наддув! — скомандовал Ян.
Три головы, словно сказочный змей, дружно раздули доменную печь. Вершину вырвало, и через секунду к реву пламени, треску горящих сучьев добавился жуткий вой. Кокон рассыпался громадной бенгальской свечой. Крылатые ракеты, пожираемые огнем, налетали друг на друга, осыпая все вокруг пеплом и искрами. От них занялись еще две ели. Пламя сдирало телесные оболочки, оставив на память о себе пульсирующие области в «душах» воронов. Страдания были столь сильными, что похожие на июльский тополиный пух остатки продолжали метаться, хотя болеть стало нечему… Выплеснувшаяся волна из эмоций, боли, ужаса, обрывков заклинаний и высвобожденной энергии заслонила излучение мешочка с дарами. Уцелевшие участники разбойного нападения разбежались сами, подгоняемые расходящейся волной. Светящийся контур начал тускнеть, проводник вскинул руку и, воспользовавшись замешательством противника вкупе с фейерверком, открыл дорогу во дворец.
Он сидел, откинувшись на спинку черного кресла, и размышлял. Мысли хаотично перескакивали от одного к другому…