Первую свою книгу рассказов «Черный карнавал» сам Бредбери счел неудачной и никогда ее больше не переиздавал, а лучшие из рассказов поместил в другие сборники. Зато следующая книга, «Марсианские хроники», имела необыкновенный успех: она переиздавалась множество раз — и в Америке, и в Англии, переведена почти на все языки мира и стала в своем роде классической. Быть может, это лучшая из книг Рея Бредбери.
Представляет она нечто вроде связанного вместе цикла рассказов. Марс Бредбери — не астрономический, поэтому ему и не так важно, что сведения об этой планете, которые мы можем получить в «Марсианских хрониках», не всегда совпадают с данными современной науки. Больше того, в одних рассказах каналы заполнены кристально чистой водой, в других они давно высохли, иногда в городах живут марсиане, иногда — это мертвые города, где жители погибли много тысяч лет назад. Да и сами марсиане каждый раз совсем другие: то похожие на кузнечиков и пьющие огонь, то совсем похожие на людей, то странные существа, способные принимать любой облик.
Вторая книга рассказов Бредбери — «Человек с картинками», или, если перевести иначе, «Разрисованный человек». В ней рассказы объединены несколько внешне: какой-то человек, бредущий по шоссе, оказывается татуированным. Женщина (а может быть, ведьма), прибывшая из будущего времени, оттиснула на его коже целый ряд картинок, каждая из которых представляет собой события и образы разных людей, причем все эти рисунки живые: их персонажи живут, говорят, действуют. Каждая из них — это рассказ, и из них-то и составлен сборник.
Следующие книги Бредбери — «Золотые яблоки Солнца», «Осенняя страна» и «Лекарство от меланхолии» — сборники рассказов, ничем тематически не объединенных. Последний его роман «Надвигается беда», вышедший в свет в 1962 году, подводит итог его двадцатилетней работе и раскрывает некоторые его мысли, которые позволяют полнее и точнее понять истоки его творчества и путь развития, который прошел писатель за двадцать лет работы.
В настоящем сборнике представлены рассказы из пяти книг Бредбери, по возможности полно и разнообразно характеризующие его творчество. Здесь и жестокие рассказы о современной Америке, облеченные в фантастические одежды, пленительные мечты писателя об освобожденном человеке завтрашнего дня и рассказы-предостережения о том, какую роль сыграет наука, обращенная на истребление человечества, и гимн науке, служащей счастью людей.
Жестокое опустошение человеческой души в самом раннем детстве открывается в рассказе «Вельд». Любящие родители купили дом «Все для счастья» с фантастической детской комнатой. «Дети должны получать все самое лучшее», — заявил отец. И Венди и Питер стали счастливыми обладателями телевизора будущего — огромной комнаты со стеклянными стенами и потолком. Стоило лишь войти в детскую и мысленно выразить желание, как психозапись проектировала на экраны цветной трехмерный фильм, стереозвук создавал «эффект присутствия», а одорофоны наполняли воздух иллюзорными запахами. Мир, возникающий в детской комнате, был так реален, что нельзя было не поверить в его действительное существование.
В этой волшебной комнате дети могли увидеть Алису в стране чудес, Аладдина с его волшебной лампой, звериного доктора Дулитла и его любимое животное — двухголового Пушми-Пулью, девушку Риму из бразильских лесов, живущую подобно птице на вершинах деревьев, Пегаса, летящего в небе, — всех персонажей сказок, всех чудесных обитателей воображаемого мира, окруженных розовыми фонтанами фейерверка. Но дети хотят видеть только выжженные солнцем африканские степи — вельд, видеть бесконечные убийства, повторяющиеся снова и снова, наслаждаться запахом крови. Они мечтают о львах, пожирающих их родителей, о стервятниках, дерущихся из-за изглоданных костей их отца и матери, мечтают о львах оживающих, становящихся реальными и выходящих из стен…
Тот, кто ничего не создает, тот стремится разрушать, утверждает Бредбери. В прежние времена этот инстинкт проявлялся в том, что дети ломали игрушки и играли в войну. Но этого мало современному американскому ребенку, каждый день наблюдающему на экране телевизора всякого рода извращения, пытки, изнасилования и бесконечные убийства или читающему об этом в «комиксах», расходящихся миллионными тиражами. В фантастических образах предстает перед нами сегодняшний мир, в котором осужден жить Бредбери и его современники, борющиеся против «американского образа жизни», мир с огромной и все растущей преступностью.
«Мысли о смерти… — рассуждает Бредбери. — Дети слишком молоды для таких мыслей. А впрочем, разве дело в возрасте? Задолго до того, как ты понял, что такое смерть, ты уже желаешь смерти кому-нибудь. В два года ты стреляешь в людей из пугача…».
