Реджи волок Майка через коридор, а усталость росла с каждой секундой — заниматься бегом после нервного потрясения вообще тяжело, а с грузом — тем более. В какой-то момент ему показалось, что Майка дотащить он не сможет.
Времени не было.
Реджи еще бежал, почти машинально переставляя ноги, когда вдруг ощутил, что груз уменьшился, — это Майк наконец совладал с собой и встал на ноги.
До окна оставалось всего пара шагов.
Искать нечто, чем можно разбить стекло, было некогда (биту Реджи бросил), как некогда было и возиться с задвижками. Не думая об опасности порезаться, Реджи прыгнул прямо на стекло, пробивая его собственным телом. Майк последовал за ним.
Два тела, кувыркаясь, пронеслись мимо окон первого этажа.
Столпились у окна удивленные таким маневром карлики.
Только чудом при ударе о землю ни Майк, ни Реджи не потеряли сознания.
— Скорее бежим отсюда, — крикнул Реджи, поднимаясь на ноги и устремляясь вперед.
Майк подчинился, не раздумывая.
Они бежали, падали, иногда успев проползти на четвереньках пару метров, но ни на секунду не останавливались.
Потом я потеряла их из виду, и это было странно. Почти все картинки я воспринимала чьими-то глазами, но теперь в опустевшей комнате, кроме меня, никого не было. Точнее, кроме моего взгляда…
В комнате пахло газом — его концентрация увеличивалась с каждой секундой. Новым, совершенно особым зрением я вдруг увидела его облако — неровное, изменившее вдруг цвет. Оно заливало всю кухню, часть проходной комнаты и лужей вытекало в комнату с камином. Оно росло, понемногу поднимаясь вверх, но еще быстрее занимало свободное пространство впереди себя. Пламя в камине заметалось, предчувствуя добычу, отсветы огня приобрели тревожный оттенок. Длинный язык газа, виляя во все стороны и выбрасывая мелкие округлые язычки, подползал к огню. Проходная комната наполнилась целиком, и оттуда прямо на камин покатилась газовая волна.
Огонь и газ столкнулись, и все потонуло в огненной вспышке.
Я зажмурилась: взрыв ослепил меня.
И все же видение на этом не заканчивалось — я вновь увидела лужайку перед домом, по которой ползли две человеческие фигурки, удивительно хрупкие на фоне бесконечной травы и вечернего неба. Огромный огненный шар вспыхнул над их головами, взрывная волна утюгом прошлась по траве, прижимая ее к земле, и накрыла Реджи и Майка, заставив уткнуться носом в землю. Воздух наполнился горячими досками и остатками предметов, некогда составлявших интерьер. Они кувыркались в воздухе и градом сыпались на землю, не задевая Майка и Реджи: те успели отползти уже достаточно далеко. Огненный шар сжался — на его месте возник обыкновенный пылающий дом. И тут я увидела, как на фоне огня, словно выныривая из него, появилась длинная черная фигура, — служитель смерти торопился уйти с места преступления.
Мечущийся за его спиной огонь придавал Длинному мистический ореол: сейчас он поистине выглядел сверхъестественным существом, демоном смерти и разрушения. Даже шатающаяся походка чем-то напоминала странный порывистый полет.
Длинный торопился к своему катафалку.
Реджи и Майк зашевелились. Мороженщик приподнял голову и медленно поднялся. Майк сел.
— Все в порядке, — проговорил Реджи, оборачиваясь в сторону горящего дома.
В его глазах блестели предательские слезы: вся прежняя жизнь взлетела сейчас на воздух и теперь догорали ее остатки.
Рыжее зарево вставало над горизонтом.
Где-то очень далеко загудела сирена пожарной машины.
Длинный подошел к своему катафалку и повернулся лицом к багажнику. Огонь прекрасно оттенял его грубый профиль с торчащей вперед тяжелой нижней челюстью.
Некоторое время служитель смерти смотрел перед собой, словно решал какую-то важную задачу. Может быть, он думал о том, остался ли кто-то в живых, или в «деле Майка Пирсона» можно поставить точку.
Пожалуй, он остановился на последнем: его руки потянулись к гробу и захлопнули крышку.
Сзади гудело пламя.
Длинный не спеша прошел вдоль автомобиля и сел на водительское место…
Я ощутила легкое головокружение — и горящий дом исчез. Я снова сидела в своей комнате, и в руках у меня была заветная тетрадка, ожидавшая новой записи. Если бы эта была последней!
Я знала, что не скоро расстанусь с этим страшным дневником. Пусть завершилась история Майка, — во всяком случае, первая из его историй — я не сомневалась, что еще встречусь с Длинным. В видениях, во сне, может быть, даже наяву. Я знаю, что он есть, знаю, что он рядом, и все усиливающееся беспокойство говорит мне, что до встречи осталось не так уж много времени. Мало того, я почему-то знаю, что он уже здесь, в нашей реальности.
Я не знаю наверняка, откуда он. Может быть, он действительно из другого измерения, как и все существа, пришедшие с ним. Но он существует и уничтожает целые города. Это тоже из видений, но уже моих собственных, поздних. Я видела людей в масках, раскапывающих могилы, видела пустые кладбища — бесконечные ряды ям.
