— Здесь слишком темно, я ничего не вижу, — пожаловалась Офелия, крутанувшись, чтобы схватить одну из свечей со стола, распугав насекомых, шустро разбегающихся во все стороны.
Но как только она подняла огарок, чтобы осветить путь перед собой, воск мгновенно растаял до самого основания. Она зашипела от боли, когда горячая жидкость потекла по её руке.
— Сюда, — посоветовал Блэквелл, бережно взяв её за локоть. — Смотри под ноги.
Это оказалось проще сказать, чем сделать, но она не сопротивлялась, позволив ему вести себя к выходу, отбрасывая ногой ещё одну змею на их пути. После нескольких осторожных шагов хватка Блэквелла на её локте внезапно усилилась, и он резко остановил их.
Его губы оказались совсем рядом с её ухом:
— Не двигайся.
Она хотела было спросить, в чем дело, но его рука накрыла её рот, не давая произнести ни слова. Офелия нахмурилась, и в голове мелькнула мысль — укусить его за такой грубый жест. Но вдруг она заметила то, что заставило её замереть.
Назвать существо, возникшее перед ними, кошмарным — ничего не сказать. Это была ещё одна змея, но её нельзя было просто так пнуть и прогнать. Её клыки были длиной с предплечье Офелии. Желтые глаза хищно следили за ней, готовясь к атаке. Когда змея раскрыла пасть, достаточно большую, чтобы проглотить её целиком, Офелия увидела не один, не два, а три ряда острых, как лезвия, зубов и клыков.
Медленно, убедившись, что Офелия слишком испугана, чтобы издать хоть звук, Блэквелл убрал руку с её лица. Он переместился за неё, его грудь плотно прижалась к её спине, а руки скользнули к талии, удерживая её на месте. По тому, как змея не реагировала на его движения, она поняла, что он снова стал едва осязаемым — его могла видеть и чувствовать только она. Офелия не могла притворяться, что не рада его присутствию в этот момент, хотя его неподвижность — отсутствие дыхания, биения сердца — была крайне пугающей.
Её сердце, наоборот, колотилось так, что готово было вот-вот разорваться.
— Ты будешь медленно отступать, — приказал он, — а когда я скажу «беги» — беги, поняла?
— А ты не можешь просто заставить её исчезнуть? — прошептала она в ответ.
— Без оплаты — нет, — спокойно ответил Блэквелл. — Если только ты не передумаешь насчёт моего предложения, у меня недостаточно силы, чтобы избавиться от змеи или перенести нас отсюда.
Она сжала руки в кулаки.
— Я не собираюсь принимать такие решения, когда меня прижали к стенке. Это почти так же как заключать сделку с Дьяволом.
Она почувствовала, как он пожал плечами.
— Тогда готовься бежать. Жди команды.
Она сделала глубокий вдох, и он мягко сжал её талию в последний раз, прежде чем исчезнуть в темноте. Теперь они остались вдвоём — она и чудовище.
Где-то в глубине зала послышался звук разбитого стекла, и змея резко развернула голову в его сторону. Офелия ждала сигнала от Блэквелла.
Прошла одна мучительная минута. Потом вторая.
Когда сигнал так и не последовал, ей начало казаться, что негодяй бросил её. Змея уже начинала вновь поворачивать голову в её сторону, и Офелия поняла, что у неё остался выбор: довериться Призраку, которого она едва знала, или действовать самостоятельно.
Она надеялась, что медальон на её шее подаст ей знак, но тот оставался холодным как лёд. Она дала Блэквеллу ещё одну минуту. Когда он по-прежнему ничего не сделал, она вздохнула и, собрав всю свою смелость, бросилась в бегство, пока змея не успела снова обратить на неё внимание.
Неправильное решение.
Её движение вернуло интерес змеи, и та мгновенно метнулась вперёд, устремив на Офелию свои ядовитые клыки. Она не успела даже закричать, когда, пытаясь уклониться, врезалась в острый угол мраморного постамента, опрокинув стоящую на нём статую. Каменное изваяние с грохотом разбилось о пол, а осколок рассек её ладонь.
— Чёрт. — Офелия прижала раненую руку к груди и обернулась, чтобы увидеть, как змея вновь заняла боевую стойку прямо над ней. На этот раз она была не столь быстра.
Клыки змеи вонзились в её плечо, и её крик эхом разнёсся по залу, разрывая тишину.
ГЛАВА 16. ПРОБЛЕМЫ
Тёплая кровь пропитывала её сорочку и струилась вниз по изуродованному корсету. Змея разжала челюсти, вырывая их из её плеча, и готовилась нанести новый удар. Офелия подняла здоровую руку, пытаясь вызвать хоть каплю магии, вытянув ладонь к чудовищу. Она знала, что её силы почти на исходе, и лишь несколько мелких синих искр вырвались наружу, тут же затухая, словно последние угли в камине.
Её магия отличалась от ведьмовской или демонической — она не могла превращаться в лед или огонь, или другие стихии. Магия некромантов проявлялась в чистой энергии. Да, она могла зажечь свечу с помощью своих сил, но не могла управлять пламенем. Некроманты были связующим звеном между миром мертвых и живых, оживляя и наполняя энергией то, что мертво. Чтобы быстро восполнить такую магию, требовалось одно из двух: жизненная сила другого существа или отдых. Ничего из этого сейчас не было доступно.
