Кирилл насытился висением над пропастью и созерцанием Вселенной под ногами, сказал не допускающим возражений тоном:
— Все, хватит любоваться чужими снами! Поднимайся и выключай машину!
Лаврик хотел возразить, но посмотрел на лицо Тихомирова и без лишних слов начал карабкаться по дырчатой оболочке «корня» к креслу. За ним вылез Кирилл, вцепился в подлокотник, молясь в душе, чтобы кресло не опрокинулось. Однако оно стояло прочно, как приклеенное, по сути, опираясь лишь на «корень», и подчинялось, очевидно, тем законам, которые поддерживала запущенная Лаврентием программа Преодоления Невозможного.
— Выключай машину на хрен!
Лаврентий несколько раз «кликнул» мышкой, сворачивая программу, и тотчас же «корни» начали втягиваться в кресло, стол и шкаф, бездна подернулась дымкой, проявился узор паркета, уплотняясь до консистенции настоящих древесных планок, перепончатый «гриб» с «живым глазом» на нем превратился в стол и монитор. Последний раз вздрогнули стены, и все успокоилось.
Кирилл оглянулся на дверь. Она была на месте, только цвет ее изменился, стал сиреневым, с перламутровым отливом.
— Ну? — повернулся к нему с осоловело-гордым видом Лаврентий.
— Да! — с чувством ответил Кирилл, добавив про себя подходящее к месту ругательство. — Никогда бы не поверил, если бы кто рассказал!
Послышались быстрые легкие шаги. В дверном проеме появилась запыхавшаяся Лилия, с любопытством окинула комнату взглядом.
— Во что это вы выкрасили дверь? Что здесь происходит? Когда я подъезжала к дому, мне показалось, что он гораздо выше, чем был до этого.
Кирилл и Лаврентий переглянулись.
— Если бы я знал, что происходит, — сказал Кирилл, — мне бы цены не было.
Лилия улыбнулась, потрогала пальцем пластину двери.
— Это шутка или?..
— Или, — кивнул Кирилл. — Наш герой, похоже, достиг цели, хотя результат превосходит все ожидания. Вместо того чтобы взламывать защиту компьютерных сетей, он взламывает нашу реальность.
— Ну почему, не только, — возразил, оживляясь, Лаврик. — Перед твоим приходом я свободно гулял по Инету и заглядывал на сайты ФБР и ЦРУ. А вот к своим спецслужбам добраться труднее, они работают автономно, без выхода во «всемирную паутину», и доступ к ним возможен только через электропитающие фидеры. Хотите, попробуем?
— Зачем? — Кирилл недовольно посмотрел на компьютерщика.
— Ради любопытства.
— Любопытство не порок, как говорится, но большое свинство. Не стоит рисковать только ради демонстрации своих возможностей, как это делают твои бывшие коллеги-хакеры. К тому же сети наших спецслужб имеют фотонную защиту. Если тебя вычислят — костей не соберешь.
— Как хочешь, я просто так предложил. — Лаврентий вытащил дискету, повертел ее в пальцах, любовно погладил и спрятал в карман. — Это еще не окончательный продукт, но нечто стоящее. Капитан будет доволен. Сейчас сделаю несколько копий на всякий случай и займусь доводкой программы.
— Ты же говорил, что потребуется не менее двух недель.
— Удивительно, но факт: эта штука сама себя творит! Я только ускорил процесс, обходя ненужные этапы. Ты ни разу не играл в «Годсим»[23]? Это примерно то же самое, но уровнем выше. И вообще моя ПН ведет себя как живой объект. Ты же видел.
— Вы закончили? — рассердилась Лилия. — Сейчас же рассказывайте, что здесь произошло! Почему дверь покрашена в этот жуткий мертвячий цвет? Где картины, которые висели на стене?
Только теперь Кирилл обратил внимание на пустые стены кабинета, где недавно висели две картины в модных багетах и под стеклом.
— Вот хренотень! — почесал в затылке Лаврик. — Неужели они упали вниз?
— Куда вниз? На полу их нет.
Кирилл подошел к женщине, сначала проверив прочность пола.
— Пошли, расскажу. — Оглянулся на Лаврентия. — Делай копии, но программу больше не включай.
— Хорошо, — безропотно согласился компьютерщик. Возбуждение схлынуло, и он теперь выглядел уставшим и разбитым.
Кирилл с хозяйкой спустились в холл-гостиную дома, уселись в кресла. Лилия достала пачку «Парламента», закурила.
— Будешь?
— Я не курю.
— Начинай рассказывать. Учти, я в курсе того задания, что Игорь дал твоему другу, так что можешь не упрощать.
— Ты с ним давно на «ты»?
Женщина спокойно выдержала его внимательный взгляд.
— Не имеет значения. Но он знает такие вещи, что волосы дыбом. К тому же на самом деле он — двойная личность.
— Двуличный, ты хочешь сказать?
— Не в том смысле, что ты имеешь в виду. До начала операции Игорь действительно был снайпером, капитаном подмосковного СОБРа. Потом в него вселился…
— Бес!
Лилия осталась такой же невозмутимой, как и прежде.
— Можно сказать и так. В Игоря вселился оператор более высокого уровня, чем твой Лаврик, и теперь они — сборная личность с достаточно высокими интеллектуальным потенциалом и возможностями.
— Откуда он к нам свалился? И зачем?
— Откуда — я сама толком не поняла, но до этого он был, как я уже говорила, оператором сферы контроля за нашей реальностью. Ему не понравилось, что его самого кто-то жестко контролирует, вот он и взбунтовался.
— Я бы тоже взбунтовался, коли б узнал, что меня кто-то контролирует.
