Кирилл понял, что она говорит о погибшем муже. Слово «знакомых» отозвалось в его душе слабым протестом, но по сути Лилия была права: в настоящее время он был только ее знакомым. Захотелось спросить: а Утолин тоже не переступал порог этого дома? — но Кирилл передумал.
— Твой муж, судя по всему, не был стеснен в средствах. Кем он работал? Коммерсантом?
— Советником президента, — ответила Лилия.
Кирилл присвистнул, проходя в прихожую, больше напоминающую холл гостиницы. Стал осматриваться.
Мраморные ступени, керамический плиточный пол теплого бежевого оттенка из травертина — мелкозернистого известняка, камин, круглый стеклянный столик с висящими низко длинными светильниками в форме ракет с рядами иллюминаторов. Еще один стол, тоже стеклянный, но побольше и повыше, прямоугольной формы, с хитрой подсветкой снизу, отчего казалось, что светится сама толстая — в два с половиной сантиметра — стеклянная столешница. Красивые колонны из ракушечника, стены со множеством ниш тоже декорированы каменными плитами, в нишах — фигурки странных зверей и птиц, коллекция хрустальной посуды, миниатюрные книги.
Сняли обувь, надели предложенные хозяйкой тапочки, хотя пол в прихожей подогревался и по нему можно было ходить даже босиком. Прошлись по комнате и за стеклянной стеной обнаружили бассейн с подсвеченной снизу голубой водой.
Никого в доме не оказалось, не считая хозяйки, и Кирилл вполголоса спросил:
— Охрана внизу?
— Ты догадлив, — усмехнулась женщина, наблюдая за ним. — В подвале комната с мониторами, во дворе две собаки. Ну, как вам этот приют?
— Классно! — отозвался Лаврентий за двоих, прищелкнув языком. — Хотел бы я пожить в таком коттеджике. А где машина?
Лилия поняла.
— На втором этаже. У Георгия там кабинет. Пойдемте, покажу.
По винтовой лестнице они поднялись на второй этаж «собора», где располагались две спальни и рабочий кабинет хозяина. Лаврентий сразу подошел к столу и стал осматривать компьютер с плоским плазменным дисплеем и клавиатурой в форме гигантской бабочки. Потрогал мышь, пробормотал:
— Ничего себе, клава… как в ЦУПе… Где вы достали такую машину?
— Не удивляйся, — похлопал его по плечу Кирилл. — У хозяина были связи.
— Это же суперпрофессиональная аппаратура! Я нечто подобное видел только в Госбанке, где работал до нашей конторы. Даже у нас такой нет!
— Ну и прекрасно. Садись и работай.
Лаврентий как завороженный присел на корточки перед панелью процессора, стоящего на полке специального компьютерного стола, поднял голову на Лилию.
— Можно?
— Конечно, — сказала она. — Включайте. Муж говорил, что его трафик не прослушивается. А я пока приготовлю ужин. Кофе принести?
Лаврик не ответил. Он был уже вне сферы досягаемости звуковых раздражителей, общаясь с компьютером на уровне подсознания как с живым существом.
Кирилл и Лилия переглянулись.
— Пойдем пить кофе, — сказал Тихомиров с усмешкой. — Он фанат, компьютер для него нечто вроде дополнительного органа к телу, без которого он не может существовать. Пусть поразвлекается, через час мы его оторвем от машины и покормим.
— Да, фанатизм — страшная вещь, — задумчиво проговорила Лилия. — Если бы фанатики еще думали о последствиях своих увлечений…
— Ты хочешь невозможного. У большинства фанатиков только одна извилина, и та переходит в прямую кишку. Лаврик хоть умнее.
— Что еще хуже. Именно умники изобрели атомные бомбы, напалм и пси-оружие, виртуальные миры и нанотехнологии, грозящие в скором времени уничтожить человечество.
— Ты в этом разбираешься?
— А ты думал, бухгалтеры умеют только сводить дебет с кредитом? Я читаю литературу, интересуюсь наукой. К тому же у меня были хорошие учителя и собеседники.
— Муж?
— Не только. В последнее время я многое узнала от капитана Утолина.
— Ты его хорошо знаешь?
— Достаточно, чтобы доверять. Его концепция устройства Вселенной настолько необычна, что я до сих пор нахожусь под впечатлением. Пошли вниз.
Они спустились в холл-прихожую, Лилия открыла стеклянную матовую дверь, ведущую в кухню, и Кирилл стал разглядывать интерьер пищеблока с множеством встроенных в стены шкафчиков, стойкой бара, с современной плитой, какими-то сверкающими полировкой и никелем агрегатами, телевизором под потолком и холодильником с тремя дверцами. Один из агрегатов оказался кофеваркой. Лилия сварила кофе — себе «эспрессо», гостю «капуччино», включила тихую музыку, и они сели в низкие кресла у камина, где стоял еще один столик — деревянный, похожий на большой круглый поднос.
— Так что ты говорила о нанотехнологиях? — поинтересовался Кирилл, стараясь в открытую не пялиться на голые колени женщины. Отхлебнул кофе. Сахар клала сама Лилия, и его было ровно столько, сколько нужно.
— Только то, что они опасны, — с гримаской ответила Лилия. — Хотя до встречи с капитаном я об этом никогда не думала. Он привел какой-то жуткий пример, к чему может привести сбой в технологиях, и я ужаснулась.
— Какой пример?
