— В отделе у Быстронога и в СГБ. Отсюда двенадцать километров…
— Не надо! — перебил его Лелюхин и предложил: — Анатолий Алексеевич, свяжемся по нашей, надежность гарантирована.
— Годится, Артем, включай! — согласился Сердюк.
Лелюхин достал из перекинутой через плечо сумки небольшой металлический чемоданчик, поиграл пальцами на кнопках, и крышка открылась. Под ней тускло блеснула панель аппаратуры. Он щелкнул тумблером — «питание», и в нижней части замигал зеленый глазок. Связь у «Альфы» работала безотказно.
— Соедините с Градовым! — потребовал от телефонистки Сердюк и, прокашлявшись, доложил: — Георгий Александрович, мы в аэропорту Бабушера!
— План действий с «Альфой» отработали? — спросил Градов.
— Да, но без помощи военных не обойтись. Рядом командир полка десантников, и он готов помочь — нужна команда!
— Как фамилия? Какая дивизия?
— Иванов. Седьмая воздушно-десантная из Новороссийска.
— Иванов — это хорошо! На них Россия держится. Передай ему, приказ будет!
— Тогда у меня все. Начинаем выдвижение к границе…
— Погоди, Толя! — остановил его Градов и предупредил: — Сам на ту сторону ни ногой! Не хватало еще, чтобы тебя утащили. Твоя задача: вместе с Быстроногом развернуть оперативный штаб на абхазской стороне и координировать действия группы захвата с военными. С «Альфой» отправь Гольцева. Вопросы?
— Нет! — ответил Сердюк.
— Удачи! — закончил разговор Градов.
Сердюк передал аппаратуру Лелюхину и вернулся к разговору с Ивановым:
— Ты все слышал, командир?
— Да, — подтвердил тот.
— Не сомневайся, приказ будет! У военной контрразведки слово твердое.
— Знаю, не первый день в армии. Что от меня требуется?
— Артем скажет, — кивнул Сердюк на Лелюхина.
Иванов оценивающим взглядом пробежался по нему и поинтересовался:
— Майор, а у тебя все такие?
— Других в «Альфе» не бывает, — с улыбкой ответил Лелюхин.
— «Альфа»? — голос Иванова потеплел, и он заверил: — Для вас, ребята, сделаю все что могу.
— Спасибо, много не надо. Вертушку, одно отделение бойцов и десяток гранатометов, — перечислил Лелюхин.
— Не вопрос. Четвертый борт ваш. Лучший экипаж. С закрытыми глазами летает, — и, обернувшись к двери, Иванов гаркнул: — Парамонов, зайди!
На пороге возник высокий худощавый капитан.
— Миша, отправь ребятам лучшее отделение из роты и десять гранатометов! — приказал Иванов.
— Есть, Сергей Прокофьевич! — принял он к исполнению.
— Спасибо, командир! Век не забуду! — растроганно произнес Сердюк.
— Ну что вы, товарищ генерал, одно дело делаем, — смутился Иванов.
— Тогда к тебе еще одна просьба. Если не трудно, как только небо откроется, проутюжить вертушками тропы на направлениях Зугдиди и Поти.
— Сделаем.
— Вот теперь все! Удачи тебе и твоим бойцам, Сергей Прокофьевич, — пожелал на прощание Сердюк и вышел из кабинета.
По дороге к вертолету к оперативной группе ФСБ присоединился поджарый старший лейтенант с десятком десантников. Не мешкая, Сердюк дал команду на взлет. Перегруженная машина тяжело оторвалась от земли и взяла курс к границе с Грузией.
Яркая вспышка молнии разорвала темноту и осветила лицо Багратиона. Торжествующий оскал не оставлял у Кочубея сомнений в том, что засада не случайность, а тщательно спланированная грузинскими спецслужбами операциями, в которой агент-двойник сыграл роль живца. Ненависть придала Николаю силы, ему удалось вырваться из рук, вцепившихся в куртку. Воскликнув «Засада», он в отчаянном броске пытался дотянуться до Багратиона, но острая боль пронзила правое плечо, обожгла позвоночник и парализовала ноги. Последнее, что сохранилось в меркнущем сознании Кочубея — треск автоматных очередей.
В ответ на выстрелы Остащенко и Кавказа грузинский спецназ обрушил на них шквал огня.
— Резо, прикрой! Все, отходим к машинам! — перекрывая шум перестрелки, кричал Ломинадзе.
Бородатый громила взвалил на плечи Кочубея и, окруженный плотным кольцом спецназовцев, попятился вглубь леса. Там, в лощине, поджидала группа резерва. Утопая по колено в грязи, они скатились по склону к машинам и начали спешно грузиться. Сквозь гул двигателей прорывался голос Ломинадзе:
— Вано, в первую машину! Гурам, Миха со мной! Зураб, ты что?! Он Гурону живой нужен!
— А мне что, его в задницу целовать? — огрызнулся бородатый громила и, сбросив Кочубея с плеча, затолкал на заднее сиденье.
— Заткнись! Надо будет, поцелуешь! — рявкнул Ломинадзе и, подозвав командира резервной группы, распорядился: — Георгий, поможешь Резо и потом за нами!
— Каха, а что делать с остальными русскими? — спросил он.
— Добить, и пусть эту падаль шакалы дожирают!
— Считай, что они уже на пути в ад! — заверил Георгий и скрылся в темноте.
— Гурам, трогай! — приказал Ломинадзе водителю и плюхнулся на переднее сидение.
