Как знал, что случится что-то нехорошее, подумал полковник, осторожно положив трубку на рычажки. Теперь, вместо того, чтобы вернуться домой, ему придётся ехать в центральный штаб, чтобы доставить двоих подростков, как будто с этим не справится кто-то другой. И вообще, почему эта "СС" всегда вмешивается? Неужели он, Игорь Михайлович, сам не справится с каким-то пацаном? Ведь это лишь дело времени. Однако уже не в первый раз он вынужден переправлять задержанного в лапы секретной службы.
Немного поразмыслив, он отправился исполнять приказ. Его разрывало странное чувство - смесь восторга и раздражения, - он ненавидел каждого, кто работал в "СС", все они виделись ему напыщенными и высокомерными, глядящими на всех остальных с надменной холодностью, как будто с одолжением. Все должны были восхищаться ими, считаться с их мнением и приказами, неотступно следовать указаниям и даже, наверно, гнуть спины в излишне низком поклоне. Однако эта ненависть имела в основании не простое человеческое недовольство, а жгучую обиду, ведь однажды в юности его не приняли в элитные ряды. А он с детства мечтал там служить.
Ещё раз вспомнив тот унизительный день, так ярко, словно просмотрел запись, полковник поморщился, покинул кабинет и в коридоре столкнулся с доктором Лета. Франциска испуганно ахнула, торопливо поправила скосившийся бейдж и улыбнулась.
- Вы испугали меня.
Полковник обернулся на дверь и кинул на доктора вопросительный взгляд.
- Вы направлялись ко мне?
- Да, хотела уточнить, закончили вы допрос или нет.
- К моему огромному сожалению, да, - сквозь зубы проговорил Игорь Михайлович, изо всех сил стараясь изобразить улыбку. - Ваших заключённых приказано доставить в центральный штаб, откуда их заберёт "СС". Но, полагаю, вы и сами это знаете.
- Конечно, - улыбнулась Франциска, - именно поэтому я к вам и направлялась.
- У меня приказ сопроводить вас. Выезжаем через пятнадцать минут. Будьте любезны, не задерживайте отправление.
- Ни в коем случае.
Полковник Лучезаров кивнул, прошёл мимо. Некоторое время Франциска смотрела ему вслед, чувствуя, как нарастает напряжение. Она понимала, что счёт идёт на секунды, что про её обман могут узнать в любой момент; не могла допустить подобного и уже сомневалась, что поступила правильно, когда вмешалась. Впрочем, она утешала себя мыслью, что сумела убедить Алефа молчать о способности и вести себя осторожно, что он, собственно, и делал до разговора с ней. Он был абсолютно спокоен, и Франциска это знала. Пока что он полностью контролировал ситуацию, имея возможность в любую секунду повернуть её в свою пользу, и Франциска это знала. Он мог сделать что угодно, когда угодно и совершенно не боялся. Франциска боялась.
Убедившись, что никто не подслушает разговор, доктор Лета позвонила.
- Бобров, - отозвался голос в динамике.
- Стас, это я, - приглушённо говорила женщина, озираясь. - Внимательно меня слушай: "СС" приказала доставить обоих арестованных в центральный штаб военного подразделения. Медлить некогда. Я поеду с Алефом, отследи мой номер, вытащи нас. Младшего лейтенанта Иванову, скорее всего, повезут в другой машине, не могу сказать в которой, - так что особо не палите по машинам.
- И что предлагаешь сделать? - возразил Стас, недовольный её выходкой: вмешиваться в ход операции ей строго запретили, но она вмешалась.
- Не время! - злилась Франциска. - Тебя послали захватить цель, вот и захвати!
- Захватить? - усмехнулся он. - Предлагаешь напасть на конвой? Сколько вас будет?
- Пока не знаю. Чуть позже сообщу.
Не сбрасывая вызов, доктор Лета убрала телефон в карман, огляделась для верности и, убедившись, что свидетелей разговора нет, заторопилась к лифту.
Алеф ехал молча и даже не пытался ни с кем заговорить. Держа закованные в наручники руки на коленях, он только поглядывал в окно и иногда на Франциску, расположившуюся на переднем пассажирском кресле. Осознавая, что Лена работала на кого-то из них - Полимию или тех, кого представляла доктор Лета, - он хотел узнать на кого именно, но понимал, что спрашивать это в подобных условиях невыгодно - не просто так Франциска велела ему молчать. Да и оказаться из-за своих вопросов в ещё более ущемлённом положении он не желал, а потому помалкивал, методом исключения придя к выводу, что работать на Полимию Лена не могла.
- Куда меня перевозят? - спросил он.
Никто не ответил, а водитель, слегка нахмурившись, вслед за остальными стал притормаживать, пытаясь разглядеть, в чём причина. Алеф встревожился, лишь Франциска сохраняла спокойствие - она знала, что происходит.
- Впереди авария, - сообщили по рации из первого автомобиля. - Три дебила дорогу не поделили. Ща узнаем, долго ли они тут стоять будут.
Спустя считанные секунды послышались выстрелы. Водитель занервничал, крепко сжав руль: инструкций на подобный случай ему не выдавали, а потому он не мог решить - уезжать или помочь остальным. Франциска оставалась спокойной, ждала, когда закончится суета, и Алеф, видя это, тоже успокоился, понимая, что для него мало что изменится.
