— Разумеется! — прихлопывает он в ладоши. — Только через пять минут, потому что сейчас мы вот-вот поймаем сигнал с Капитолийского телевидения, чтобы узнать последние новости.
Альма чувствует, как внутри все холодеет от одного только упоминания Капитолия, но не подает виду. Лишь улыбается, сдержанно кивает и отходит в сторону, сцепив перед собой руки в замок.
Энтони крутится возле главного монитора без изображения, постоянно кого-то отчитывает в гарнитуру и бесконечно поправляет оправу очков с заляпанными линзами. Альма наблюдает за бесконечным процессом, глядя на то, как бегают ребята, стараясь все настроить.
Ей почти надоедает, и она уже готовится зевнуть, как вдруг экран загорается, Дистрикт Тринадцать получает картинку, а у Альмы Грей кровь отливает от лица.
— Назначить… — звук барахлит, — заместителем распорядителя Голодных Игр…
Картинка на мгновение исчезает, Альма непроизвольно подается вперед и протягивает к экрану руку.
— Лучшего студента… — звук и картинка исчезают по очереди, — университета…
— Давай же, давай же! — не сдается Энтони. — Хейзел, давай!
Невысокая девушка с короткой стрижкой кивает и снова что-то настраивает. Энтони хватается за волосы. Альма с мольбой смотрит на барахлящий экран. Картинка вспыхивает, озаряя блок своим светом.
— Поздравляем! — гремит голос из Капитолия.
— Слава Хейзел, — выдыхает Энтони. — Запись была сначала?
— Не совсем, — признается она.
— Хейзел, ну как же…
Дальше Альма не слушает, потому что не может оторвать взгляд от экрана. Кориолан смотрит на нее с гордо поднятой головой, принимает поздравления от президента и жмет ему руку. Он стал старше, немного набрал в весе, одет с иголочки, вот только глаза…
Глаза Корио стали еще более жестокими, чем в день их последней встречи, когда он искал ее с автоматом в руках между деревьями. Альма смотрит на него долго, и со стороны может показаться, будто она знает исход этого человека. Так хорошо она умеет скрывать свои эмоции.
Альма Грей многое бы отдала, чтобы посмотреть в его глаза еще раз, и она знает, что это произойдет. Не здесь, не сейчас, возможно, спустя месяцы или годы, но это произойдет. Альма знает, что они встретятся с ним еще раз, и он ее обязательно узнает.
— Поздравляю! — хлопает в ладоши Энтони. — Все молодцы!
Альма приходит в себя и аплодирует вместе с остальными. Тугой неприятный комок снова заворачивается в животе, но Альма старается его игнорировать.
— Альма Грей, — подходит к ней Энтони. — Я в твоем распоряжении, — разводит он в стороны руки.
— Это прекрасно, — снова входит в образ она. — Что ты можешь мне рассказать?
— Зависит от того, что ты хочешь знать, — смеется он и снова поправляет очки, заводя за уши кудрявые пряди.
Альма идет за ним к большому, но не главному монитору, который стоит чуть в стороне от остальных. Альма сразу догадывается, что этот компьютер личный. За ним работает только Энтони.
— Я хочу знать всё!
Энтузиазм Альмы сразу подхватывает Энтони. Он быстро вводит ее в курс дела, рассказывает краткую историю блока электроники, что они занимаются налаживанием связи, всеми электронными носителями и базами данных. На последнем он заостряет особое внимание.
— В этой крошке, — указывает он на свой компьютер, — целая сеть данных на всех жителей.
— Не шутишь? — искренне удивляется она.
— Обижаешь, Альма Грей, — смеется он. — Порой всех не запомнишь, особенно ребят неприметных, хоть ты и живешь с ними под землей на протяжении десяти лет. Всех не запомнишь, — повторяет он, — но к тебе это, разумеется, не относится.
Альма позволяет себе улыбку.
— У кого есть доступ? — сразу интересуется она, когда Энтони включает компьютер.
— У всех вышестоящих, — что-то быстро печатает на клавиатуре он, а после подносит к ней микрофон. — назови свое имя.
Альма чуть склоняется к микрофону и, на мгновение задумавшись, произносит:
— Альма Грей.
Умная машина загорается зеленым и оповещает, что доступ разрешен, выводя на экран целую кучу данных. Глаза Альмы разбегаются, тут и там выскакивают окошки с личными делами жителей и их фотографиями.
— Это главная база, в ней реально всё, — словно сам не может в это поверить Энтони.
Альма думает о том, что перед ней открываются новые границы. Шаг за шагом она получает контроль, к которому так стремится. Альма непроизвольно сжимает и разжимает руки, словно пробуя на ощупь объем новой власти, и непроизвольно улыбается.
Энтони проводит с ней почти весь час, рассказывая структуру работы в базе, и Альма запоминает каждое его слово. Неизвестно, как ей пригодится эта информация, но Альма знает мир, в котором живет, поэтому уверена: она все применит на практике.
— Эй, Альма, — окликает ее Энтони под конец отведенного времени.
— Да?
— Перед обедом есть еще время, и я отпущу тебя пораньше, если ты окажешь мне услугу.
Альма прищуривается.
— Только законные вещи, Энтони, — улыбается она.
— Конечно! — тут же смеется он. — Мне нужно тут кое с чем закончить, поэтому ты не могла бы за меня отнести Рокоту блок питания для вентиляции, я с утра его закончил, — протягивает он ей странную коробку с проводами.
