Доктор Мелкер ободряюще улыбнулся. За годы практики он сталкивался не с одной взволнованной матерью.
– Да, но грипп опасен только в особых случаях – например, у престарелых пациентов, за которыми некому ухаживать, или у людей с сопутствующими тяжелыми заболеваниями. Здоровый молодой организм, как у вашего сына, справится с ним без проблем. Если к утру жар не спадет, я пропишу ему антибиотики. Но, скорее всего, до этого не дойдет.
– Спасибо, что пришли, доктор, – сказала Линда, проводив его до двери.
– Не за что, миссис Ковингтон.
Улыбка доктора Мелкера подтвердила опасения Майкла – их точно ждет счет по двойному тарифу. За то, что у их сына «возможно» грипп. И за это небольшое утешение придется заплатить большую цену.
Доктор Мелкер ушел, а Майкл спустился вниз и включил телевизор. Нед, который так и не проснулся во время осмотра, провалился в глубокий сон. Линда приготовилась наблюдать за состоянием сына. Она собиралась почитать, но потом, поддавшись внезапному импульсу, подняла трубку прикроватного телефона и набрала вашингтонский номер. Дженис ответила после первого гудка.
– Надеюсь, я не отвлекаю тебя от чего-то важного, – сказала Линда.
– Не сегодня. Сегодня вечером я чищу перышки и привожу себя в порядок. Как дела? Чего нового?
– Да ничего особенного. Но Нед приболел.
– О нет, что с ним?
– Думаю, просто грипп.
– Он поправится через день или два.
– Если бы у тебя был черный саквояж, тебе бы платили за подобные уверения.
Они проговорили почти полчаса, и им давно не было так легко во время разговора друг с другом. Линде стало намного лучше, и перед тем, как повесить трубку, она сказала:
– Я не собираюсь в Вашингтон в ближайшее время, поэтому приезжай к нам в гости. Отказ не принимается. Поэтому ответь, когда ты сможешь?
– Хорошо… Дай подумать… Точно не в следующую субботу… но, может, через субботу?
– Договорились.
Линда улыбнулась и повесила трубку. «У меня все еще есть подруга», – думала она.
Температура Неда задержалась на отметке 38,8 на несколько часов.
Незадолго до полуночи в спальню вошел Майкл. Линда сидела у кровати и листала старые журналы.
– Есть перемены?
– Нет.
– Хочешь, я тебя подменю?
– Нет, все нормально. Сегодня поспишь в комнате Неда.
– Я посижу с ним, дорогая, не волнуйся. Отдохни.
– Тебе завтра на работу. Все равно я не смогу заснуть.
– Но ты не можешь всю ночь так просидеть.
– Я немного подремлю. Кроме того, врач сказал, что жар, вероятно, достигнет пика и пойдет на спад.
Майкл обнял жену.
– Что ж… Если ты устанешь и сильно захочешь спать, буди меня, не бойся.
Линда кивнула.
– Я серьезно, – сказал Майкл. – Если надо, возьму завтра выходной.
– Майкл?
– Да?
– Думаешь, я веду себя глупо?
– Конечно, нет. Ты слишком волнуешься, но все матери волнуются. Не бойся, я скажу, когда твое поведение выйдет из-под контроля.
Линда заставила себя улыбнуться.
– По телевизору показывали что-то интересное?
– Ну ма-а-ам. «Битву стриптизерш в Лас-Вегасе».
– Повезло тебе. А теперь тебе придется спать одному в комнате Неда.
Майкл ухмыльнулся.
– Надеюсь, всего одну ночь. Жить буду.
– Прошлой ночью мы выпили весь виски, – сказал Лузгарь. – Что будешь – пиво или пиво?
– Наверно мне лучше больше не пить.
– Брехня. Вот, возьми пиво.
– Эх… – Мутный взял банку. – Кстати, слышал, что Джейк Хинман натворил?
Пока отец Неда смотрел «Битву стриптизерш в Лас-Вегасе», Лузгарь и Мутный сидели в рыболовной лавке. Ночь была тихой. Сарай освещала единственная лампочка в шестьдесят ватт, висевшая на удлинителе над цинковым верстаком. Помимо голосов двух стариков единственным звуком, нарушавшим тишину, был плеск воды в аквариумах.
– Ты ж в городе живешь и узнаешь все новости раньше меня, – ответил Лузгарь. – И что Джейк учудил? Помер наконец?
– Не-а. Его бросила жена.
– И все? Я этого лет двадцать ждал.
– Да, я тоже. Ну, вот она наконец ушла от него.
– То есть, – продолжал Лузгарь, – Нелли, конечно, тоже не большого ума, но на ней всегда были отметины зубов. Не зря Джейка прозвали «Кусь фон Трах».
– Я слышал, что ее не укусы бесили, – сказал Мутный.
– Значит, ее змеи достали?
– Точняк. Думаю, он ей сказал как-то: «В гараж больше не заходи», а она ответила: «Как так? А машину мне куда ставить?», а он ей: «Только не в гараж. Там теперь мои гремучие змеи живут». Этот придурок поймал еще с дюжину гремучих змей, большущих, и выпустил их в гараже.
Лузгарь расхохотался и покачал головой.
– Сколько их у него теперь?
– Около сотни. Он, наверное, уже давно со счета сбился. В подвале, в сарае, под крыльцом, везде. В общем, Нелли это надоело, она погрузила свои вещи в машину и уехала.
– Надолго ее хватило.
– Может, она и дальше терпела бы, но все его змеи жутко ядовитые.
– Да уж, – согласился Лузгарь. – Щитомордники и гремучие. Дай Джейку какого-нибудь безобидного ужа, он сразу его выбросит.
– Давай, до свидания, и поминай как звали. – Мутный отпил пиво из банки. – И машину до кучи забрала.
– Ее не в чем винить. Он кукухой поехал, как и его папаша.
– Да, просто обожает змей. Говорит с ними все время.
