На стене висели огромные рога. То ли лосиные, то ли оленьи, Наташа это все время путала и никак не могла точно запомнить. Впрочем это ее не волновало. Крючок был найден. Рога укреплены настолько прочно, что Мишка частенько на них висит, а один раз папа, во время праздника, когда хотел похвастаться перед гостями, подтягивался на них словно на турнике. Правда у него потом приступ радикулита начался, но рога выдержали. Даже не покачнулись. А папа, как никак девяносто пять килограмм весит. Значит и ее они тоже выдержат.
Наташа принесла стул из своей комнаты и стала привязывать веревку к рогам. Долго накручивала узлы, чтобы было прочно, потом сделала петлю, примерила ее. Нормальная петля. Вдруг она вспомнила, что веревку надо намылить, чтобы она лучше скользила и меньше причиняла страданий повешенному.
Девушка сбегала за ароматным розовым мылом фирмы “Камея” и тщательно намылила веревку по всей длине.
Вот теперь было все готово. Наташа приготовилась накинуть себе на шею петлю и в последний раз поглядела на себя в зеркало. И тут ей не понравилось, как она выглядит.
Слишком глупо. Только сейчас ей в голову пришла мысль, что нет ничего нелепее, чем повеситься на рогах. Да над ней же весь город будет смеяться. Да и Он тоже расхохочется. И потом, маму и папу Наташе вдруг стало жалко. Придут они с работы домой усталые и увидят у себя в прихожей собственную дочь, раскачивающуюся на то ли лосиных, то ли оленьих рогах. А у папы сердце. Да его точно инсульт хватит от такого зрелища.
И Наташа с сожалением спрыгнула со стула и побежала в свою комнату. Кажется ее план полностью провалился. Что же делать? Как еще можно достойно уйти из жизни?
Оставалось только одно. Сброситься с волжского утеса, как Катерина из хрестоматийной пьесы Островского “Гроза”. Быстро и эффективно. А главное – красиво.
Только вот Катерина бросалась с утеса летом, а сейчас было только начало марта и снегу везде было по пояс. А Наташа так устала, что меньше всего ей сейчас хотелось куда-то тащиться хотя бы даже ради того, чтобы сброситься с утеса. Да там сейчас и нет никого. Ну упадет она, свалится в снег сломает шею, и замерзнет. А потом ее снегом засыплет, и найдут Наташу только в мае, когда снег сойдет полностью. Опять не то!
И вдруг она глянула в окно и ахнула. Ну конечно! И как это она сразу не догадалась? Ведь они живут на восьмом этаже, а внизу асфальт. Да это будет лучше любого утеса.
Наташа бросилась к окну и стала открывать его. Отлетели на пол бумажные полоски и нитки ватина, которыми утеплили на зиму окно. С трудом, подняв вверх щеколды, девушка открыла окно, и в комнату ворвался тугой весенний воздух. Холодный, свежий, бодрящий и безумный.
Наташа влезла на подоконник и глянула вниз. Там уже вовсю буйствовала весна. Ее первое дыхание, которое еще не раз прервется отчаянными попытками зимы вернуть свои права, чувствовалось как никогда. Солнце сверкало тысячью бликами в уныло опускающихся сугробах, весело и призывно обнажился черный асфальт. На нем тут же расчертили квадраты для игры в “классики” маленькие девочки. И до всего этого было довольно далеко.
Но Наташе уже надоело сомневаться во всем и она, набрав полную грудь воздуха, сделала движение вперед. Руки ее судорожно вцепились в оконные рамы. Она с усилием сделала попытку разжать их и вдруг увидела Его.
Он шел по улице, в своей короткой кожаной куртке, а его походку Наташа уже отличала среди любой толпы.
Да, это был Он. И он шел к ее подъезду. Куда же еще? И в руках у него… Да-да, своим острым девичьим зрением Наташа ясно разглядела в его руках букетик цветов. Неужели?..
Он вошел в ее подъезд. Сомнений не было. Он поднимается к ней!
С замершим от счастья сердцем Наташа ждала целую минуту. И это была самая долгая минута в ее жизни.
Раздался звонок. Громкий и требовательный. Наташа спрыгнула с подоконника и побежала открывать дверь…
Через минуту ее уже не было в квартире. Она ушла гулять. Что же еще можно делать в такую чудесную погоду?
А в прихожей так и осталась висеть то ли на лосиных, то ли на оленьих рогах никому не нужная веревка с петлей на конце.
Игорь Фомин подъехал к коттеджу и остановился. Крупная женская фигура тут же устремилась к нему. Он вышел из машины и услужливо открыл для клиентки переднюю дверцу, потому что знал ее привычку ездить всегда впереди.
– Здорово, Игорек! – радостно приветствовала водителя женщина. Она была шикарно одета, вся в дорогих мехах и с полным ртом золотых зубов. Несмотря на близкий к шестидесяти годам возраст, ее можно было смело назвать красавицей. – Я тебя сегодня на весь вечер арендую. Согласен?
Глупый вопрос. Только дурак на такое не согласится. У Игоря всего было три таких постоянных клиента. И каждому он старался угодить. Вот почему он не удивился, когда десять минут назад его вызвали по радио и сказали, что просят именно его подъехать к этому дому.
Дама шумно бухнулась на сиденье, по-хозяйски поерзала на нем, прежде чем почувствовала комфорт и радостно выдохнула.
– Дуй на Южный поселок. У меня там важное свидание.
