Заметки о Le faiseur de reines: Кто-то когда-то сложил все временные промежутки книг о Фантомасе и у него вышло, что от первой до последней книги прошло 120 лет. Если это так, то книга Le faiseur de reines о 2004 годе.
Что случилось с Фандором?
Куда делось тело Элен?
Чтобы ответить па эти вопросы, необходимо вернуться к трагической сцене кончины той, кто только что стала женой Фандора...
Вне себя от горя журналист стоял у изголовья умирающей Элен в палате клиники на улице Мадрид. С трудом он оторвал взгляд от дорогого лица, и вдруг противоречивые чувства страха и надежды затопили его душу... Прямо против него, по другую сторону смертного ложа, стоял санитар Клод, только что расписавшийся в качестве свидетеля в брачном контракте. Неуловимым движением он извлек из рукава коробочку и высыпал ее содержимое в стакан с лекарством, стоявший на ночном столике. Белый порошок тут же бесследно растворился в жидкости. Что мог означать этот жест? Впервые Фандор внимательно вгляделся в лицо санитара, на которого раньше не обращал никакого внимания, — и с трудом сдержал крик, готовый вырваться из его груди.
То ли страдание обострило зрение Фандора, то ли Клод неосторожно повернулся лицом к яркому свету, но журналист вдруг ясно увидел, что этот человек загримирован, что и его растрепанные падавшие на лоб волосы, и густые, скрывавшие глаза брови были накладными! Мысленно он сорвал их с лица мнимого санитара, и тогда понял, кто был перед ним на самом деле. Фандор еще не знал, какую подпись тот поставил в свидетельство о браке, но для него уже не было сомнений: у изголовья умирающей Элен стоял Фантомас! И тут журналист вспомнил, что все это время мнимый Клод находился в клинике, мог свободно входить в палату Элен. Что за порошок всыпал он в стакан с лекарством? Может быть, яд? Может быть, Фантомас хотел отравить Элен?
Но, едва допустив эту мысль, Фандор тут же от нее отказался. Он знал, что ужасный бандит, вопреки всему, продолжал считать Элен своей дочерью. Что любовь к ней была единственным человеческим чувством, которому дано было проникнуть в его каменное сердце. Король злодеяний был готов па все, лишь бы не дать Элен выйти замуж за Фандора. Но даже ради этого он не стал бы ее убивать. «Скорее уж он убил бы меня!» — подумал Фандор. Но подстроить мнимую смерть Элен — это было вполне в стиле Гения преступлений!
Надежда все сильнее разгоралась в душе Фандора. «Фантомас находится здесь, чтобы спасти Элен,— говорил он себе.— Не надо ему мешать! Конечно, он хочет похитить ее у меня, пусть так. Лишь бы она была жива! А там посмотрим...»
После окончания брачной церемонии Элен, казалось, совсем лишилась сил. Врач подошел к ней и дал ей отпить несколько капель из стакана, в котором Фантомас только что растворил таинственный порошок. Больная вздрогнула, глаза ее закатились, и Фандор почувствовал, как дыхание прервалось на ее губах.
- Все кончено! — сказал врач.
Но Фандор знал, что это не так. В его сознании произошло странное раздвоение. Он одновременно и предавался горю, и твердил про себя: «Нет, все это неправда,— Элен будет жить!»
Стоя па коленях в изголовье кровати, он умудрился незаметно спрятать в карман стакан, в котором Фантомас только что растворил белый порошок. Затем оп встал и, шатаясь как человек, убитый горем, приблизился к двери и выскочил в коридор. Прежде чем покинуть клинику, он нацарапал записку для Жюва, поручая ему оставаться возле Элен и охранять ее.
Выбежав на улицу, журналист увидел проезжавшее такси и бросился ему наперерез. Удивленный шофер вынужден был затормозить. Однако в такси уже сидели пассажиры — дама с ребенком.
— Умоляю вас, мадам,- закричал Фандор,— уступите мне машину, я тороплюсь по срочному делу!
— Я тоже тороплюсь! - ответила женщина и дала знак шоферу ехать дальше.
По успел тот дать газ, как Фандор, распахнув дверцу, приказал ему:
— Вылезайте!
И поскольку шофер медлил, оп схватил его за шиворот, выбросил па мостовую и сел па его место. Испуганная дама выскочила с ребенком из машины, громкими криками призывая на помощь. Конечно, в иных обстоятельствах Фандор никогда не позволил бы себе действовать таким образом, но ему дорога была каждая минута.
Между тем к машине уже бежал полицейский, привлеченный криками дамы и шофера. Но журналист дал газ, и машина, едва не сбив с ног блюстителя порядка, рванулась вперед. Фандор слышал, как над ухом у него просвистела пуля. Чудом, избежав столкновения со встречным фиакром, он выскочил па авеню Гранд Арме и помчался в сторону центра. Фандор был отличным водителем, но на этот раз он нарушал все правила уличного движения. Прохожие и экипажи только шарахались в сторону при виде обезумевшего такси, мчавшегося по улицам с сумасшедшей скоростью.
Поравнявшись со зданием республиканской гвардии, расположенным рядом с Дворцом правосудия, Фандор резко затормозил, кубарем скатился с сиденья и взбежал по лестнице. Здесь располагалась муниципальная лаборатория, где у пего были друзья. Он обратился к химику-эксперту, компетентность которого была ему хорошо известна:
— Пожалуйста, скорее, сделайте анализ жидкости, которая была в этом стакане! Я предполагаю, что это какое-то сильное снотворное... Это чрезвычайно важно!
