Фаранг полностью

Я подошел к преграде, дождался, пока тварь занесет топор куда-то за свое оплывшее плечо, и прыгнул. Преграда со звоном исчезла, я едва ощутил сопротивление воздуха. Кадавр застыл с поднятым топором. Я распорол ему бок, приземлился на полусогнутых уже за спиной твари, ударил под лопатку, проворачивая в ране меч. Извлек клинок, весь покрытый желтой кровью, и с силой всадил острие в затылок, покрытый пухлыми складками. Кадавр рухнул мордой вниз.

Быстро. Просто. Эффективно. Если ты умеешь ускоряться.

А Раузер, оказывается, мастерил кадавров из тварей глейва! Воняет дико.

Болгат с рычанием устремился за мной, меч рассек воздух и упал на голову гвардейца ковена. Рядом был Рейф, орудовал зазубренным клинком. Остальные держали лестницу, по которой со своими головорезами наступал Кронгайм.

Я убил нескольких гвардейцев и в какой-то момент в круговерти битвы заметил, что Раузер, отступив к окну, приподнял руки, намереваясь швырнуть в Орнелу заклятие.

Она была ближе, чем Раузер, и я прыгнул к ней, схватил, прижал к себе, заслонил спиной, в которую тут же с шипением ударил жаркий воздух. И все. Заклятие распалось, не причинив мне вреда.

— Стылая бездна! — проорал Болгат.

Я развернулся, лицо Раузера напоминало маску азиатского божества. Я швырнул в него свой меч, и он не успел увернуться. Упал на колени с клинком в горле. Я захохотал.

Мы уничтожили всех, кто пришел с Раузером, и, искупавшись в крови, прорвались к двери, за которой находился тайный ход. Я волочил Орнелу, принцесса не сопротивлялась — впала в состояние прострации, дышала рывками.

Кладовая-кастелянская с кипами чистого белья. Пахнет лавандой… Мертвая кастелянша — молодая совсем девушка. Убили ударом меча. Зачем, блин, устраивать резню, маги?

Болгат кивнул перед собой:

— Туда, к дальней стене! Я сожгу сейчас тут все… Кеми, дай свой перстень! Скорей!

Он нетерпеливо сорвал с пальца Орнелы перстень с мерцающим рубином, дрожащими руками напялил на скрюченный палец мертвой кастелянши.

— Не поможет, если меня возьмут живым… Маги влезут в башку… кхм, кхм… Стылая бездна!.. Но я не дамся…

Из-за прикрытых дверей слышался звон клинков и смертные вопли. Отряд Кронгайма нажимал.

Болгат выскочил в зал, тут же вернулся с вечными лампами. Одну отдал мне, другую взял в руки и примерился швырнуть на пол.

— Сейчас я зажгу… Джорек, сукин ты ушастый сын! Беги… И храни ее как зеницу ока! Иначе с того света достану!

Он подбежал к стене, одышливо пыхтя, нажал невидимую панель — открылся узкий черный проход со ступеньками, полого спускающимися вниз.

— Про этот коридор магам не ведомо! Выведет к королевским пристаням. Торговая галера — «Стриж». Капитан Джерико! Мой человек! Ждет на случай… Быстрее, Джорек или как тебя там! В Верморе передашь ее мастер-магу Окрану, запомнил? Окрану! Она — знает.

В зале ужасно закричал брат Архей.

Я подхватил Орнелу на руки, прижал к себе и шагнул в проход, к началу лестницы. Болгат затворил панель. Через миг я ощутил, как сквозь невидимые щели пахнуло жаром. Вечная лампа, видимо, годилась для устройства локальных, а также всяких иных пожаров.

По тесной лестнице я старался идти аккуратно, бережно прижимая к себе Орнелу. Слышал биение ее сердца, ощущал дыхание на плече, впитывал запах волос.

Мы спустились метров на двадцать, затем ход пошел горизонтально. Влажные плиты пола, гладкие каменные стены и толстые балки потолка… Мертво, тихо. Я подхватил девушку под спину и сгиб коленей, так, чтобы ее лицо было напротив моего лица.

Орнела смотрела на меня неподвижными глазами.

Я не нашел ничего лучшего, чем выложить ей свою историю — сжато, емко, смешными глупыми, чуть высокопарными фразами.

Она не поверила, да я и сам бы не поверил.

Я заговорил на своем родном языке. По-русски. Она слушала, хмурила брови, все еще пребывая в прострации. Я вдруг подумал вот что: Джорек ведь и тогда, в первый раз, ее вожделел, и не только, нет, не только. Он, если я правильно ориентируюсь в ощущениях ушастого, не убил специально. Что-то шевельнулось в его душе, и оно, это что-то, остановило его руку. Брата прикончил, Орнелу — не смог. Может быть потому, что она была похожа на ту его единственную настоящую любовь, которую он загрыз, в первый раз неумело и спонтанно приняв облик. Такие вот непростые дела… Мне где-то даже было жаль Лиса.

Коридор окончился тупиком. Я пошарил рукой, нащупал едва выступающий кирпич и нажал. Замок простой, справится и ребенок. Панель ушла в сторону, и я ступил под своды крытой галереи. В обе стороны — пусто. Сумерки разрежены светом луны.

За галереей я увидел открытую веранду с балюстрадой.

Часть дворца выходит на набережную, где королевские пристани…

Благодарю, ушастый. Теперь мне нужно отыскать лестницу, что ведет к пристаням. И барку под названием «Стриж». Я выбрался на веранду. Орнела казалась мне невесомой.

Полнолуние снова зажгло в моем сердце пожар.

Я прошел пять шагов и замер.

По лестнице, ведущей на пристани, поднимался Душегуб.