— На шестом, — пробормотал молодой человек. — И вот где ваши дочери собираются продолжить образование?
Владимир Путин кивнул, уже довольно сухо. Очевидно, молодой человек оказался староват для его юных дочерей.
Одним из последних шаркающей походкой вышел из первого корпуса Кремля пожилой кинорежиссер Георгий Натансон. Я увидел, как первое, что он сделал, — начал поспешно набирать чей-то номер на мобильном телефоне. И я подумал, что любому человеку, получившему орден из рук президента России, хочется, конечно, как можно скорее поделиться своим счастьем.
— Давление у тебя какое? — спросил режиссер, — не понизилось? Ничего, держись, я еду.
Мы с Машей наблюдали за танцующими. Гедиминас Таранда поднял на руки Ингеборгу Дапкунайте и крутанул ее вокруг своей, так сказать, оси. Она счастливо вскрикнула. Затрещала ткань. Я думал, у него на брюках, а оказалось — у нее. Он ей порвал брюки.
— Папа, — сказала Маша, — пойдем танцевать.
Я взял ее на руки, и мы начали танцевать. Я не понял, медленный это был танец или быстрый.
— Папа, — сказала Маша, — мне хорошо!
— И правда хорошо, — ответил я. — Очень. Лучше не бывает.
— Бывает.
— А что может быть лучше? — удивился я.
— Подумай, — предложила она.
— Не знаю, — признался я.
— Папа, — вздохнула Маша, — ты можешь порвать мне джинсы?
Татьяна Груздева, редактор «Молодежной газеты села», выходящей тиражом 700 экземпляров (сколько экземпляров молодежи — зато, наверное, отборных, столько и экземпляров тиража), сообщила Владимиру Путину о том, что на селе в их районе на каждую семью приходится по два автомобиля.
— В Москве есть семьи, где на каждую семью приходится по десять автомобилей. Так что вы не зазнавайтесь, — привел ее в чувство президент.
— Зато у нас есть и такие семьи, в которых нет ни одного, — не сдавалась Татьяна Груздева.
— Вот это лучше, — одобрил президент. — Гораздо лучше.
— А рыбалка здесь есть? — интересовался президент Путин у Александра Михайловича Шолохова.
— Это к отцу! — обрадовался внук писателя.
— Обнищал Дон! — махнул тот рукой.
— Люди старшего поколения всегда говорят, что раньше лучше было, — осторожно сказал президент, уже понимая, видимо, что сын писателя — человек ранимый.
— Эх, разве это чай! — в сердцах сказал Михаил Михайлович. — Вот раньше был чай…
Господин Путин поощрительно посмотрел на коллегу из внешней разведки, которая обеспечивала безопасность Тегеранской конференции. Он жаждал подробностей. И он их получил.
— Мой муж завербовал меня в свою группу, — поделилась интимным Гоар Вартанян. — Мы работали. Но я никогда, никогда не думала, что буду в результате сидеть в Кремле!
— Сколько стран вы сменили за время службы? — как на допросе спросил Владимир Путин.
— Много, — как на допросе ответила Гоар Вартанян.
— Но в основном были в Тегеране?
— В основном, — откликнулась разведчица.
Девочка лет восьми в ожидании Владимира Путина смотрела мультик, потом поставила боевик и тут услышала, что едут. Она выскочила в коридор, телевизор работал, и в результате господин Путин и сотрудники его службы безопасности услышали на входе металлический мужской голос: «Вы кто такие? Зачем пришли?».
И вряд ли гости имели об этом отчетливое представление.
— Как вы чувствуете себя в качестве мужа самой богатой женщины России? — спросили журналисты у мэра Москвы Юрия Лужкова, когда он, преследуемый полутора десятками телекамер, пытался перед началом Госсовета прогуливаться по фойе между столов с закусками.
— Я себя чувствовал комфортно, даже когда она была самой бедной женщиной России, — очень быстро ответил господин Лужков.
Владимир Путин разговаривал с Виктором Януковичем как старший брат, которому, конечно, небезразлично то, что творится в жизни у младшего, но вообще, если честно, даже трудно понять, как этот парень так безобразно и беспорядочно может жить, потому что старшему брату нечто в этом роде с его уверенностью в завтрашнем дне даже и представить немыслимо.
Президент Путин встретился с президентом Финляндии Тарьей Халонен. Он вручил даме букет цветов. Тарья Халонен с благодарностью приняла этот знак внимания. Правда, теле- и фотооператоры категорически забраковали это событие.
— Уберите переводчика: мужик, отойди! — нервничали российские операторы. — Кадр перегородил!
Мужчина, оказавшийся в кадре, виновато отошел в сторону, а Владимир Путин, забрав у Тарьи Халонен букет, внимательно осмотрел его и снова вручил госпоже Халонен.
Только после этого президент РФ обнялся с перегородившим кадр мужиком-переводчиком, который оказался, конечно же, мужем президента Финляндии.
Платиновая блондинка на виду у всех что-то шептала в ухо президенту России и не обращала никакого внимания на соседа справа, канцлера Германии. Фотографы с энтузиазмом фиксировали это драматичное событие.
Ну и зря. Это была супруга господина канцлера, Дорис Шредер-Копф.
