Я всегда знала, что Захар Давыдов - бабник, циник и редкостный нахал! Невероятно притягательный нахал, перед которым невозможно устоять! Но я совершенно не собиралась заводить с ним каких-либо отношений! Пока по нелепому стечению обстоятельств меня не задержали патрульные ночью, в парке, за хулиганство...Содержит нецензурную брань.
Я шла по аллеям парка, без конца озираясь по сторонам. Несмотря на то, что фонари светили очень даже прилично, мне было нервно. По позвоночнику то и дело пробегали мурашки, и я ускорила шаг, стремясь поскорее дойти до раскидистого клена, который располагался аккурат в центре. Нет бы посадить еще парочку у выхода!
Шла и костерила на чем свет стоит свой неуместный героизм, который иначе как слабоумием и отвагой не назвать. Спрашивается, ну зачем иду? Но детские поделки в сад – это почти святое! И подводить любимую подругу я не хотела.
– О, Сова, привет, – донесся со стороны знакомый голос нашего соседа Толясика.
Я раздраженно махнула рукой и ускорила шаг – философская беседа с местным алкоголиком меня интересовала меньше всего, а то, что Толясик без философии не может – знал весь район.
Свернула с аллеи, ступив на нестриженую траву и, подвернув ногу, чуть было не пропахала носом землю. Тихонько выругалась, потирая ушибленную конечность, и вновь добрыми словами припомнив свою везучесть, решительно пошла дальше.
Фонари хорошо освещали аллеи, а вот в глубине парка было довольно темно. Достала мобильный, подсвечивая себе путь, и тихо произнесла короткую, но емкую молитву, прося у высших сил, чтобы в этот раз пронесло.
Ибо у наших доблестных сотрудников ППС особое развлечение наметилось совсем недавно – Сову ловить. И ведь ни за что страдала! Закон я ни разу не нарушила, а мелкое хулиганство в виде граффити на гараже родного отца преступлением не считала. Папе даже понравилось, когда он проорался хорошенько. За то, что попалась.
И в ту ночь я очень надеялась вернуться домой без последствий. Но не тут-то было.
Нарвав нужное количество кленовых листьев, я сложила их аккуратной стопочкой в руке, и уже было собралась возвращаться, как снова подвернула ногу и выронила мобильный, который укатился вниз под раскидистый куст.
Тихо выругалась и полезла вытаскивать.
– А кто это тут у нас? «Закладки» оставляем, да? – грозно раздалось над головой.
Я зажмурилась и решила притвориться веточкой в надежде, что разговаривают не со мной. У меня слово «закладка» ассоциировалось исключительно с книгами, и смысл сказанного прошел мимо меня.
– Девушка, вылезайте. Или Вы застряли? Помочь? Елегин, хватай ее за ноги!
– Не надо за ноги, – испугалась я.
Дотянувшись, наконец, до мобильного, покинула куст, пятясь задом. Уперлась прямо в чьи-то ноги, вскрикнула и быстро поднялась. Сдула с носа прядь волос и задиристо посмотрела на представителей правопорядка. Те оба ухмылялись, явно довольные тем, что поймали нарушительницу.
– Капитан Морозов. Документики предъявите, – попросил один из них.
– Они дома, – пискнула я.
– Мы так и думали, – радостно провозгласил другой. – Пройдемте в отделение!
– За что? – возмутилась я.
– Разберемся, – грозно сообщили мне и подхватили под локти, пресекая попытки к бегству.
А какие могут быть попытки, если с моей везучестью только по траве убегать? Через пару метров точно встречусь носом с асфальтом.
– А может, договоримся? – робко попросила я.
– Может, и договоримся, в отделении.
Вот попала!
Если день не задался с самого начала, то по закону мирового свинства ничем хорошим он не закончится! А с моим везением и подавно!
Я шла под конвоем двух бравых ребят из патрульно-постовой службы к выходу из парка, соображая, что делать и кому звонить. Мы вышли к дороге и с неотвратимостью приближались к стоящему у парка полицейскому УАЗику.
– О! А ну, стой! – велел один моих конвоиров, когда рядом с нами поравнялся знакомый мне автомобиль.
Из него вышел тот, кого я никак не ожидала увидеть – лучший друг моего любимого дядюшки Захар Давыдов.
Сережа, он же майор Ромашов – мой дядя, но разница в возрасте у нас всего двенадцать лет, поэтому отношения, скорее, братско-воспитательные.
Капитан Морозов пожал руку Захару, который в упор смотрел на меня. Интересно, узнал или нет, ибо Давыдову нужно заменить звание майора на звание самого отъявленного бабника близлежайших районов.
В памяти еще свежи были воспоминания, как они с Сережей забирали меня с выпускного, а на заднем сиденье сидела крашеная блондинка в платье, больше напоминающем широкий пояс, томно улыбаясь Захару в зеркало заднего вида. А до этого он приходил в гости к Сереже с брюнеткой! И обеих звал «кисами», явно не утруждаясь даже запоминать их имена!
– А это у нас кто? – обратил на меня внимание капитана Давыдов.
– Поймали в парке в кустах. Явно «закладку» прятала.
– А «закладку» нашли, или вы тупо девчонку решили напрячь? – грубо поинтересовался у него Захар.
– Майор, да она без документов, – попытался оправдаться капитан.
– И что? Отпускайте! – велел Давыдов.
Капитан замялся, а Захар нажал:
– Под мою ответственность!
– Забирайте. Елегин, пошли, – Морозов обжег меня взглядом и кивнул своему напарнику.
Они развернулись и снова скрылись за воротами парка.
– Добрый вечер, прекрасное создание, – явно флиртуя, томно произнес Захар.
Я обалдело округлила глаза и выдавила:
– Очень добрый вечер.
