Тон Дмитрия Медведева, безусловно, отличается от тона Владимира Путина, когда он говорит на одни и те же темы. Господин Путин ставит ультиматумы (принимаются через раз). Дмитрий Медведев предпочитает, видимо, убеждать собеседников, которые с самого начала и до конца разговора убеждены в обратном.
При этом эффективность обоих методов, похоже, примерно одинаковая. Нас никак не могут полюбить. Только Владимир Путин при этом считает, что не очень-то и хотелось, а Дмитрий Медведев думает, что просто не решаются.
Войдя в зал, где сидели губернаторы, Владимир Путин увидел свободное место в центре стола и подошел к нему. Слева сидел первый заместитель председателя правительства Дмитрий Медведев, справа — председатель правительства Виктор Зубков. Президент сел в кресло, внимательно осмотрел того и другого и произнес:
— Справа — кудри токаря, слева — кузнеца.
И токарь, и кузнец смотрели на президента, по-моему, настороженно. Они, кажется, не верили собственным ушам. Действительно, для того чтобы поверить в это, нужно было обладать не просто хорошим слухом, а музыкальным слухом.
— Выступление чиновника с публичными высказываниями возможно, — заметил Дмитрий Медведев. — Если, конечно, санкционировано.
Ведь публичные высказывания, по его словам, — индивидуальная вещь: «Кто-то способен к ним, а кого-то и нельзя выпускать на публичные выступления: у него начинает голова кружиться, и он говорит не то, что хотел».
Дмитрия Медведева в очередной раз спросили о реализации национальных проектов.
— Проекты? — переспросил Дмитрий Медведев и рассеянно посмотрел на журналистов. — Вся наша жизнь — один большой проект. И делится на несколько более маленьких проектов.
Он вздохнул. Мне вдруг стало остро жаль Дмитрия Медведева. Я сначала даже не понял, отчего меня прямо пронзило это чувство. Потом я понял: потому что, конечно, жалко человека, который даже свою собственную жизнь превратил в проект.
Дмитрию Медведеву задали вопрос, за кого он будет болеть на чемпионате мира по футболу 2006 года.
Наконец он получил вопрос, который застал его врасплох. И он не стеснялся этого. Наоборот, было такое впечатление, что он даже гордится этим — словно давая понять, что только такой вопрос и может застать его врасплох.
— Я, знаете, — сказал он, помявшись, — думал об этом буквально сегодня утром. И знаете, что хочу сказать…
В это время господин Медведев, кажется, что-то еще обдумывал. И обдумал.
— Нет, не за сборную Бразилии! Мне не очень нравится латиноамериканский стиль футбола. Так что сами делайте выводы!
Ну вот, есть чем теперь заняться в свободное от гаданий на кофейной гуще время.
Я, впрочем, решил попробовать прямо теперь:
— За англичан, видимо?
Господин Медведев одобрительно посмотрел на меня:
— Ну да! Или за немцев.
— Да не думайте вы об этом, — сказал я, — все равно игры будут в рабочее время, и вы же не сможете их смотреть, потому что будете заниматься реализацией национальных проектов.
— А я запишу на видео, — не согласился он. — А потом посмотрю.
— А все равно уже счет скажут по радио и по ТВ.
— А я уши заткну, — предупредил он.
Я спросил Дмитрия Медведева, решен ли вопрос с его первым замом.
— Нет у меня первого зама, — как-то горько сказал господин Медведев. — Есть просто замы.
— И сколько?
— Два всего, — снова вздохнул он.
— А остальные?
— Какие остальные?
— Ну те, кто раньше были вашими замами?
— Они теперь помощники.
— Чьи?
— Не мои, — с каким-то уже опустошением сказал Дмитрий Медведев.
— А зачем было делать всех замов помощниками? — спросил я. — Разве это реорганизация?
— Так это же гораздо красивее! — пояснил Дмитрий Медведев.
На съезде «Единой России» в президиуме, кроме Владимира Путина, сидели президент Татарии Минтимер Шаймиев, министр МЧС Сергей Шойгу, мэр Москвы Юрий Лужков и Борис Грызлов. Дмитрий Медведев устроился в партере. Он мог еще некоторое время наслаждаться происходящим как зритель. Но счет шел уже на минуты.
Борис Грызлов предложил выдвинуть беспартийного, 1965 года рождения, гражданина РФ Дмитрия Медведева на должность президента РФ и тайно проголосовать за это предложение. После голосования был объявлен перерыв.
После перерыва в президиуме съезда «Единой России» произошла демонстративная перегруппировка главных персонажей. Вышли те же, без Владимира Путина, и Дмитрий Медведев.
Результаты голосования были неинтересны ему. Наверное, он думал, что знает их. Боюсь, он ошибался. Все-таки один человек оказался против. Интересно, кто. Вряд ли мы об этом узнаем, ведь голосование было тайным, а сам он, боюсь, это раскрывать не станет.
И все-таки очень интересно: кто. Мне-то казалось, в зале был только один человек, который мог проголосовать против. Но Владимир Путин уехал, как только объявили перерыв.
Геннадий Зюганов и Владимир Жириновский полагали, видимо, что они и в самом деле составляют реальную конкуренцию Дмитрию Медведеву в этой тишайшей из предвыборных кампаний.
— Я лично доволен, — сказал Иосиф Кобзон. — Я-то мечтал, чтобы президентом стала женщина.
— Но чем же тогда вы довольны? — удивился я.
