Сочетание планетОгорчило вас, мой свет?Верно, вы неприхотливыИ душа у вас мелка —Мне надменно предпочли выЩеголька!Кровь и раны,Ураганы!Иль цена мне столь низка?!Ежели для вас не плохиПрощелыги и пройдохи,Я откланяюсь, мадам!Пусть ваш хахаль неизвестный,Пусть любовник ваш прелестныйБудет рад своим рогам!Пусть рогами он увенчан,Мне противны козни женщин!Нечисть, ад спалив дотла,Не измыслит столько мук,Не устроит столько зла,Сколько ласка женских рук!Кровь и раны,Ураганы!Лишь болваныЛюбят сук!Хлоя.
О, мой друг! Зря изволите злиться!Вряд ли в мире найдется девица,Чтоб от сквайровых лапК щеголям не ушла б!К этой мысли пора приучиться.Лавмор.
О мадам! Нет причины для бури!От Сент-Джеймса до самого Друри[125]Не уверите вдовВ правоте ваших слов!Хлоя.
Ах вы дрянь! Вы злодей по натуре!Ах, что за наряд!Какой аромат!Речей не услышишь милей!Любую из насПриведет он в экстаз,Прелестнейший из щеголей!Джек Стокс. Ха-ха-ха!… Весьма вам признателен, сударыня. Ха-ха! Ну и жалкий же вид у вас, сэр Лесовик! Ха-ха-ха!
Хлоя. Он не годится в подметки вашей милости.
Лавмор. Я посоветовал бы вам, милорд, убираться отсюда по добру-поздорову, чтобы духу вашего здесь не было, когда я вернусь. И если здесь будет еще пахнуть пудрой, от всего вашего великолепия не останется и следа! (Уходит.)
Джек Стокс. Дерзкий нахал!
Хлоя. Я вне себя от страха: он человек отчаянный!
Джек Стокс. Уж предоставьте его мне, сударыня, я его проткну насквозь.
Хлоя. О, что же тогда будет!
Джек Стокс, Ровно ничего, сударыня. Я убил полдюжины таких негодяев — даже глазом не сморгнул!
Хлоя. Молю вас, милорд, поберегите себя!
Милорд, я буду горевать,Коль подобьют вам глаз,Но горше стану я рыдать,Когда повесят вас!Ах, как это скверно,На дубе Тайберна[126]Подрагивать, вытянув лапки,С петлею на шееВзамен украшений,Взамен драгоценной булавки!Джек Стокс. Чтоб избегнуть всякой опасности, давайте тотчас же поженимся.
Хлоя. Что вы, милорд, меня осудят в свете за такую поспешность!
Джек Стокс. Свет, сударыня, стал бы перемывать вам косточки, выйди вы за какого-нибудь незначительного субъекта. Но если вы станете знатной дамой, никто вам и слова не скажет, как бы вы там ни поступили.
Хлоя. Ив самом деле, у знатных столько преимуществ перед простыми смертными! Я так хочу попасть в знать!
Сколь будет жизнь моя приятной,Когда я стану леди знатной!В карете большой выезжать я не прочь,В бриллиантах, в шелках, в кружевах дорогих,Сверкать среди франтов и средь щеголих;В постели весь день и за картами — ночь!Как будут прелестно часы пролетать,Как буду кокетничать я и плясать:Пиры да услады,Балы, маскарады, —Рессоры скрипят — красота, благодать!И пусть кто посмеет мне слово сказать!Уходит вместе с Джеком Стоксом.
Дженни(одна). Этот взялся всерьез! У столичных господ ретивости хоть отбавляй. Что до наших деревенских сквайров, так им коли уступишь — со стыда сгоришь! А эти щеголи сами знают, что у тебя на уме. Как ведь приятно женщине, если она что не так сделает, думать, будто все помимо ее воли случилось!
Входит Лавмор.
Лавмор. Упорхнула птичка! Где твоя хозяйка, Дженни?
Дженни. С моим хозяином, сударь.
Лавмор. Проклятье! Где же они? Скажи немедля, не то я…
Дженни. Не то что?… В толк не возьму, почему человек такого ума, как мистер Лавмор, домогается женщины, которая в грош его не ставит?!… А ведь есть другая — она-то ценит его достоинства!
