Ворошилов. Есть неясности в отношениях СССР и Германии. <…> Вот хотя бы Казанская школа. Мне кажется, что-то в ней неладно. Если бы я не знал немецкой армии, то я прямо сказал бы, что здесь вредительство.
Вы знаете значение этого термина. <;…> Три года в Казани возятся и никакой новой материальной части. Все те же танки, что привезли сначала. Я говорил – шлите конструкторов – и Вы, и мы будем иметь танки. <…>
Адам. Мы подходим к танковому вопросу с большой осторожностью, как потому что у нас мало средств, так и потому, что танки очень дороги и очень скоро стареют. Я внимательно пересмотрю этот вопрос – не лежит ли на нас вина в этом деле. <…>
Ворошилов. <…> Поскольку эти предприятия являются совместными, цель и назначение их принести пользу обеим сторонам. <;…> У нас есть уже промышленная база, но у нас пока мало людей – конструкторов. У Вас же люди есть, мы так и полагали, что Ваша сторона будет давать макеты, чертежи, проекты, идеи, конструкции, словом, что мы получим лаборатории и для Вас и для нас. Ничего этого нет. <…> О школе много кричат – и поляки и американцы. <…> Я не понимаю, почему не используются все возможности, может быть, от нас все-таки что-то скрывают или почему-либо не считают нужным все сделать. Такое мнение не только у меня. Ведь я не сам лично всем распоряжаюсь, я член Правительства и отчитываюсь перед ним. Мне говорят – риск есть, а где же результат, покажите танки, а показать нечего, три года совместной работы и пуль полезности. <…> Я не подозреваю, это не вывод мой, но у меня есть сомнение, все ли делается с открытой душой.
Адам. Я уверен, что мы ничего не утаиваем, я прослежу сам за этим делом.
Ворошилов. Разрешите задать Вам вопрос, немного может быть посторонний. Как Вы считаете, как Начальник Генштаба Рейхсвера, – танки в будущей войне будут играть действительно первостепенную роль, или они являются подсобным боевым средством.
Адам. Я категорически придерживаюсь того мнения, что танки в будущей войне будут играть вспомогательную роль и что нам надо обратить особое внимание на противотанковые средства; при хороших противотанковых средствах танки не будут иметь большого значения.
Ворошилов. Если танки не будут иметь большого значения, зачем тогда противотанковые средства?
Адам. Танки очень дорогое оружие, и только богатое государство может позволить себе иметь их.
Ворошилов. Я с Вами не совсем согласен. Если нужно противотанковое оружие, то против хороших танков. Я
уверен, что Вы, невзирая на трудное положение Германии, будете применять танки, и хорошие танки… Танки у вас будут, следовательно, Вы заинтересованы в развитии танкового дела. Танки Рейнметалла, Крупна и еще один, которые Вы привозили, далеко отстают от современной техники танкостроения.
Адам. Тогда это ошибка – нам надо быть всегда в курсе развития танков и строить современные танки… Неверно, что танки решили войну, но танки надо иметь, чтобы защищаться против танков, следить за их развитием и строить танки.
Ворошилов. Как тогда Вы расцениваете английскую линию на широкое развитие механизации вооруженных сил?
Адам. Англичане тоже ограничены в средствах и воздержатся от широкого развития танков… Большие битвы никогда не будут решены танками, а людьми.
Ворошилов. <…> В Томке дело обстоит несколько лучше, чем в Казани. <…> Мы даем все необходимые условия и просим взамен тоже конкретную материальную компенсацию. <…> Я полагаю, что Рейхсвер так же, как и Красная Армия, первым применять газы не будет, но имейте в виду, что другие армии этим делом занимаются по-настоящему… Мое мнение и здесь таково: что школа не дает необходимого и возможного эффекта.
Адам. <…> Очень благодарен, что немецкие летчики смогут у Вас учиться. <…> Наша разведывательная работа против Польши поставлена очень слабо. Благодарю за полученные от Вас разные материалы и прошу способствовать получению их и в дальнейшем. Мы знаем, что Ваша разведка дает гораздо лучшие материалы, чем наша.
Ворошилов. Мне приятно слышать такую похвалу нашим разведчикам, по боюсь, что они не совсем заслужили подобную честь.
Адам. Скажу пословицу: только плохой человек дает больше, чем у него есть в кармане.<…>[206]
Ворошилов. <…> Я Вас еще раз заверяю, что все наиболее ценное и важное Вам передается.
Адам. Последнее – хочу коротко сказать о конференции по разоружению и нашей в Женеве совместной работе. Наша точка зрения военных людей, что надо воевать за разоружение в каждой величине. Наши пункты: равная для всех безопасность, единство методов, единство запретов. За это нужно воевать. Если этого нельзя достигнуть –
надо уходить с конференции. <…> Я лично в эту конференцию не верю, вряд ли что выйдет.
