Вторично прошу разрешить мне произвести расход до 75 долларов на стальной ящик для секретных бумаг. Из Вашего сообщения о командируемых на маневры т. т. [товарищей] я вижу, что включен в число командируемых. Конечно, я все-таки буду присутствовать там, чтобы иметь повод в дальнейшем участвовать в разработке результатов маневров немцами.
В двадцатых числах я проеду в Вену, удалось получить связь с Цейссом[223], причем последний, кажется, заигрывает с нами. Кроме того, имею возможность видеть работы проф. Эзау, о которых писал в прошлый раз (радиотелеграфирование волнами в 1 метр), по возвращении донесу подробнее. Прошу передать тов. Гинзбургу[224], что его письма 2348, 2408 и 2423 я получил и исполнил. Последнее письмо Шварцу[225] передам завтра, тогда и переговорю об испытании Дрейзе[226].
Н. Л.[унев]
ЦГАСА. Ф. 33987. Он. 3. Д._ 98. Л. 64. Копия.
ФИШЕР[227] – ЛИТ-ТОМСЕНУ: «МЫ… ЗАИНТЕРЕСОВАНЫ… ПРИОБРЕСТИ ЕЩЕ БОЛЬШЕЕ ВЛИЯНИЕ НА РУССКУЮ АРМИЮ, ВОЗДУХОФЛОТ И ФЛОТ»
7 января 1926 г Берлин
Совершенно секретно
<…> Позиция Упшлихта[228] по отношению к нашей совместной работе метко охарактеризована Вами. Центром тяжести он считает все вопросы снабжения, в то время как мы более всего заинтересованы в том, чтобы вскоре приобрести еще большее влияние на русскую армию, Воздухофлот и флот.
Профессор Геллер с благодарностью признает поэтому, что Вы при первом же случае искали через Упшлихта пути к Ворошилову и в особенности к тов. Тухачевскому. <…>
Положение дела «Юнкерса» к настоящему времени представляется в следующем виде:
Перед заседанием расширенного контрольного совета 4 января 1926 г. в нашем маленьком кругу (Геллер!, Шварц, Фолькман, Вильде, Франк) обсуждались различные возможности дальнейшего рассмотрения дела «Юнкерса».
Было констатировано, что из политических соображений мы должны держаться за мысль о предприятии в Филях, но что технические соображения не играют для нас, однако, более той роли, какую они играли в 1922 году.
Ввиду того, что мы не хотим вкладывать нового капитала и в предприятие в Филях, при обсуждении различных возможностей отпадают те из них, которые означают для нас финансовое бремя.
ЦГАСА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 151 Л. 60. Заверенная копия.
СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) ТОВ. СТАЛИНУ, СЕКРЕТАРЮ МК ВКП(б) ТОВ. УГЛАНОВУ, НАРКОМУ РКИ ТОВ. КУЙБЫШЕВУ, НАРКОМВОЕНМОРУ ТОВ. ВОРОШИЛОВУ. «…СЧИТАЮ СВОИМ КОММУНИСТИЧЕСКИМ ДОЛГОМ ПРЕДУПРЕДИТЬ В ВАШЕМ ЛИЦЕ ПАРТИЮ ОТ ПОВТОРЕНИЯ ОШИБОК». – ОНУФРИЕВ
марта 1926 г
Москва
Совершенно секретно
Доклад
В дополнение моих докладов от 11/XI – 24 г., 6/Х – 24 г., 16/Х – 24 г., З/ХН – 24 г. и в дополнение сказанного мною на заседании бюро ЦК ВКП (б) 6/Ш – 26 г.[229], настоящим докладом считаю своим коммунистическим долгом предупредить в Вашем лице партию от повторения ошибок, допускаемых УВВС на протяжении последних трех лет и которые (судя по фактам) приняли форму системы. Основной мыслью в вышеупомянутых докладах мною оттенялись недопустимая расточительность золотого фонда на заграничные заготовки самолетов и кабальный для Республики концессионный договор с фирмой «Юнкерс», а также недопустимая невнимательность со стороны руководящих органов, как УВВС, к своей авиапромышленности, как основной базе Воздушного Флота, от развития которой зависит развитие и мощность последнего.
Расточительность золотого фонда, выбрасываемого за границу и концессионеру, как принцип вообще, считал и считаю сейчас недопустимым и преступным по тем результатам, которые получились от этих заготовок. Характерными примерами чему могут служить следующие факты: 1923-24 гг.
1). Заказ «Фоккеру» истребителей системы «Д-11»[230], образец которого на предварительном испытании был признан Комиссией Научно-Опытного Аэродрома[231] непригодным для принятия на вооружение. Несмотря на это, все же был дан заказ на 125 шт., которые пришли в СССР в таком виде, что им на месте пришлось делать ремонт
2). Заказ концессионеру 100 металлических самолетов, приемка которых производилась без предварительного испытания в Научно-Опытном Аэродроме, и лишь после окончания почти всего заказа было передано 2 самолета на испытание, которые были признаны: несоответствующими договорным условиям, в силу чего ни в какой мере не отвечающими требованиям, предъявленным к ним, как военным самолетам. Несмотря на такие отзывы компетентного органа, как Научно-Опытный Аэродром, самолеты все же были приняты на вооружение отрядов. В результате чего эксплоатация этих самолетов подтвердила все недостатки, выявленные испытанием, что изложено в Бюллетене № б от 6/1-26 г. Н. К. УВВС.
