По всей видимости, фирма Юнкерс принимает деятельное участие в борьбе немцев с марокканцами[329]. Через три недели туда (в Марокко) выезжает главный технический директор авиазавода Заксенберг, брат находящегося в Москве. G-23 будет работать в качестве бомбовоза и газораспылителя.
Середки G-23, при желании, легко трансформируются, превращая самолет в бомбовоз, или газовоз, с полезной грузоподъемностью (без топлива) в 1,2 тонны при радиусе действия в 500 км и скоростью в 170 и 180 км. Схема такого превращения мне была показана. Ее Заксенберг передал Лозе[330]. Последний должен в Москве показать ее Вам. Если -действительно G-23 при испытаниях будет обладать приписываемыми ему боевыми качествами, это будет один из хороших современных бомбовозов. Между прочим, Юнкерсовские летчики, с которыми я частным образом разговаривал, очень расхваливают его летные свойства.
Именно в целях рекламы и из желания продемонстрировать на деле летные свойства G-23 и предпринят полет в Москву на G-23, причем, как мне сказал Лозе, Москва не была предупреждена фирмой о том, что летит такой большой самолет. Телеграмму с предупреждением послал только я, 8-го вечером.
Такой же рекламный полег Юнкерс собирается проделать из Москвы в Пекин в течение этого лета.
Моторостроительный отдел работает тоже полным ходом. Помимо обыкновенных моторов Юнкерса малой мощности, установлено также серийное производство 6-ти цилиндровых моторов L-5 в 360 HP.
Все предприятие существует, главный образом, на средства, даваемые производством предметов мирного потребления из листового металла, калориферов и пр. Эти отделы уже полностью работают. На мой вопрос, почему же на этом же принципе не основано предприятие Юнкерса у нас, мне ответили, что просто этот вопрос до сих пор не поднимался, но что, конечно, именно на хозяйственных началах следовало бы ставить производство металлических самолетов и у нас. Кажется, в этот свой приезд Заксенберг будет говорить с Вами об этом.
При фабрике калориферов (I КО) имеется испытательно-научная, физико-химическая лаборатория, обслуживающая все отделы предприятия. Тут же музей различных типов металлических сплавов и отдельных частей самолетов, подвергавшихся так или иначе летным испытаниям. Учтен также опыт прошлой войны. Нельзя сказать, чтобы испытательная лаборатория была оборудована блестяще. Помещение невелико. В химической части (две комнаты) выполняются, очевидно, только контрольные анализы по производству и приемке материалов. Следов научно-исследовательской работы я не заметил. Возможно, что нам просто не показали помещения, где работает сам профессор Юнкерс.
Физико-химическая часть занимает несколько большее помещение и есть несколько специальных испытательных машин оригинального типа. Сейчас производятся испытания нового металлического пропеллера из дуралюминия[331]; он, кажется, дает хорошие результаты. Его недостатком является то, что он на 30 % тяжелее деревянного. Для некоторых частей самолета вводится теперь в употребление новый металлический сплав <…>, состоящий, главным образом, из Магния (больше 90 %) и Алюминия (около 6-7%); делаются также опыты с новым сплавом, в состав которого в незначительном количестве входит Литий. Примесь последнего значительно повышает прочность сплава. <;…>
К сожалению, в этом месте нам не давали долго задерживаться, да и времени было немного, так как нужно было торопиться к обратному самолету на Берлин.
Общее впечатление у меня от организации работы в предприятии – хорошее. Все же поражает некоторая, я сказал бы, кустарность, которой я не ожидал встретить в сердце Германии в настоящее время. Отдельные процессы недостаточно механизированы. Это относится к моторостроительному отделу, который далеко уступает в этом смысле хотя бы Итальянским моторостроительным заводам. Поражает большое количество занятых рабочих. В производстве калориферов и пр. крайне примитивно организован целый ряд процессов, например, цинкование больших предметов производится ручным способом, причем совершенно не приняты меры по охране рабочих. Работать приходится в удушливой атмосфере, среди кислотных и цинковых паров. Применение ручного труда в большом размере объясняется, вероятно, отчасти, низкой заработной платой. Рабочий средней квалификации получает 70 пфеннигов в час при 9-ти часовом трудовом дне. Дефекты оборудования указывают также на отсутствие свободных капиталов.
Прием мне был оказан фирмой любезный; дорога туда и обратно совершена на самолете.
